– Вы что себе думаете? Это место преступления, разве не знаете?
– Знаю, офицер, и мне ужасно жаль, правда. Но ведь...
– Ну и катитесь к чертям!
– ...Но ведь нельзя оставить уток голодными. Обычно их кормят, а сегодня...
Нет, ну точно идиот! Тут человека убили, а он – утки голодные.
– Документики предъявим.
– Да-да, конечно. – Мужчина принялся шарить по карманам. – Мне, право, неловко, офицер... – затравленно произнес он. – Как только я услышал о преступлении, сразу примчался сюда. Накинул первое, что попалось под руку, а бумажник, похоже, остался в пиджаке.
Его нью-йоркский акцент действовал сержанту на нервы.
– Так я пойду?
– Нет, не пойдете. – Сержант извлек из кармана блокнот и, открыв чистую страничку, послюнявил карандаш. – Живете поблизости?
– В Амагансетте. Снял дом на неделю.
– Адрес?
– Брикмэн-Хаус, на Уиндмилл-лейн.
Шляются тут, засранцы богатые.
– Постоянное место жительства?
– «Дакота», Вест-Сайд.
Сержант даже писать перестал. В голове мелькнула мысль: «Совпадение?!»
– Имя?
– Офицер, не стоит, это целая история. Лучше я все же пойду...
– Стоять. Имя? – И добавил с нажимом: – Пожалуйста.
– Это правда необходимо? Мое имя не каждый сможет прочесть, а вслух произнести... Удивляюсь, о чем только думала мама?!
Стоило оторваться от блокнота, и поток сарказма тут же иссяк. «Ох, докривляешься», – подумал сержант, мысленно уже надевая на остряка наручники.
– Давайте-ка еще разок.
– Алоизий.
– А если по буквам?
Человек продиктовал.
– Фамилия?
– Пендергаст.
На последней закорючке карандаш замер, и сержант медленно поднял взгляд. На него смотрели серые глаза блондина с такими знакомыми благородными чертами лица; и эта мраморно-бледная, почти просвечивающая кожа...
– Пендергаст?!
– Собственной персоной, дорогой Винсент. – На смену нью-йоркскому акценту пришел милый сердцу протяжный южный выговор.
– Вы что здесь делаете?
– То же самое хотелось бы спросить и у вас.
Винсент д'Агоста почувствовал, что краснеет.
– Я как раз был в Амагансетте, – поведал Пендергаст, – когда узнал о безвременной кончине Джереми Гроува. Не устоял. Торопился как на пожар, так что за вид извините.
– Вы ведете это дело?
– Пока что я кормлю уток, дожидаясь официального подтверждения полномочий.
