Сколько раз я говорил, что ненавижу яичницу и передержанную выпечку? Только сегодня за завтраком повторил раза три.

Крыть тут нечем, он действительно такое говорил. Но все равно продолжаю защищаться. Или нападать? Я сама уже запуталась…

— Я просто… просто… — всхлипываю, запинаясь, — просто хотела пойти на свидание…

Закрываю руками лицо.

— Так мы и пойдем, — звучит над ухом хриплое.

Меня подхватывают мускулистые руки. Я уже догадываюсь, что сейчас будет, но не успеваю крикнуть, и через миг над нами смыкаются теплые воды Средиземного моря.

***— Это настоящее фото. Вот, смотри, — Артем перегибается через стол, повернув телефон экраном ко мне. — У нас была тематическая вечеринка в позапрошлом году, только в другом отеле.

— Никогда бы не подумала, что ты способен нарядиться ананасом, — сильнее кутаюсь в теплый плед. Артем загадочно улыбается.

— Ты даже не подозреваешь, на что я способен, Аленька!

Замечает мой жест и хмурится.

— Тебе холодно?

— Немного, — признаюсь и не успеваю опомниться, как оказываюсь у него на руках, прижатая к горячему торсу. Упираюсь руками в твердую как камень грудь и смущенно бормочу: — Что ты делаешь? Нас увидят!

— Кто, Аля? Здесь только персонал. И я еще ничего не успел сделать, — ухмыляется Асадов.

— А персонал разве не люди?

— Поверь, они уже такого насмотрелись, что наши невинные объятия для них просто как фон, — убежденно говорит Артем, и я со вздохом соглашаюсь. Если в нашем отеле для молодоженов чего мы только не видели, то что говорить о таком романтичном месте на морском курорте?

Мы сидим на террасе уютного ресторанчика, нависающего над морем в виде утеса. Он так и называется: «Утес над морем».

На весь ресторан мы с Артемом одни, Асадов полностью выкупил его на целый вечер. Он и кафе выкупил, как оказалось, куда я пришла на свидание.

Когда мы с Артемом выплыли на поверхность, к нам на помощь одновременно прибыли два катера — один со спасателями, второй с его охраной. Нас втащили в катер и отвезли в ресторан.

Обоих проводили в комнаты для персонала и выдали по комплекту чистой одежды, предназначенной для работников кухни, а нашу, мокрую, развесили сушиться. Я была настолько ошарашена, что молча подчинилась, и только когда Артем усадил меня на мягкий диван на террасе, попыталась оказать сопротивление. И то довольно вялое.

Слишком красивый вид на море открывается с этой террасы. Слишком пахнут неизвестные, но очень красивые кустарники, высаженные вокруг. Слишком горячее дыхание окутывает мне шею. И все труднее мне всему этому сопротивляться…

— Давай проведем эксперимент, — предлагает Артем, — а заодно проверим мою теорию.

— Какую еще теорию? — бубню я. Все равно не собираюсь прощать его так быстро.

— О неизбежности нашего брака.