А до своих личных денег мне еще месяц, как минимум. Весьма скромных, надо сказать. Серафима, конечно, не даст умереть нам с голоду. И все же…

— Только не пейте!

— Да нам же нельзя, мам.

— И… Дина очень хрупкая, ты же помнишь, да? — многозначительно и тактично. — И… нельзя…

— Ма-а-а-ам!

Не надо со мной разговаривать на эти темы. Я даже сам с собой на них не разговариваю. Не будите во мне демона! Он и так оголодал до невменяемого состояния.

— Все-все…

Уезжаю.

Дина ждет меня в сквере у больницы. Протягиваю ей белую розу.

— Вау…

Никогда не видел ее на столько безупречно вылизанной.

Ее глаза сделали огромными, кожу мерцающей, а губы трепетными — прозрачный блеск.

Инопланетянка моя!

Волосы стильно и гладко собраны наверх. Ей идут такие силуэты! Девичья шея — как отдельный вид эстетики.

Улыбаясь, отвожу взгляд.

— Плохо? — волнуясь.

— Глаза слепит, — стебу ее, прокашливаясь.

— Иди к черту, а? — шлепает слегка мне розой по губам.

Покорно сношу выпад, облизывая губы.

Усаживаясь поудобнее, кладет ногу на ногу.

Юбка платья длинная, но полупрозрачная. И под ней идеальные ножки. И только мой взгляд может различить на коленях телесного цвета ортезы.

Потому что я знаю, что они там.

— Рафаэль, мне вернули вещи, которые были со мной, когда я поступила в больницу. Вот… — протягивает мне разбитый телефон. — Это нужно отдать Паше.

— Он в Москве, Дин. Могу его отцу отдать.

— О, нет! Тогда оставлю пока у себя, — прячет в сумочку.

На территории школы пусто, все в актовом зале. Мы опоздали немного…

Кресло у Дины с движком. Но мне удобнее везти его перед собой. Когда не контролирую, то начинаю нервничать. Чувствую и ее нервозность.

— Прекрати, Кузнечик.

Ты прекрасно выглядишь. И то, что сидишь, этот факт не меняет.

В зале я везу ее по проходу, останавливаю у пустого кресла, присаживаясь рядом.

Идет вручение аттестатов.

Передо мной Кислицын. Касаюсь его плеча. Оглядываясь, незаметно тянет руку. Пожимаю. Улыбнувшись Динке, отворачивается.

По рядам волна шепотков. Это нам моют кости. Кто-то с любопытством, без желчи, Кто-то с радостью подхватывая сплетню. Кто-то с сочувствием… Но есть и особо одаренные.

Сидящая в ряду напротив Тина бросает на Динку презрительный взгляд. Дина изящно перекладывает ногу на ногу, чуть меняя позу.

Покачивает туфелькой.

Тина косится, не отводя глаз от наших сплетенных кистей. Что-то быстро строчит в телефон, поглядывая на нас."

"— Рафаэль! — стучит пальчиком по плечу мне Гала, сидящая позади.

— М?

— Ты сегодня открываешь бал? — таким голосом… — Или… не с кем?

Накрываю второй рукой вздрогнувшую Динину кисть.

— Сегодня я могу открыть только счет, Гала. Кто кому врежет зрелищнее. Мне засчитать твою плоскую попытку как удар?

Не отвечая Гала ретируется.