Не знаю, как я справлюсь без поддержки учителя рядом… Поджилки трясутся, стоит только подумать, что мне придется играть соло на сегодняшнем концерте. Да не просто играть, а замещать всеми известного и любимого старого скрипача.
И это сразу после вчерашнего скандала, о котором наверняка уже известно всем в городе!
Если я провалюсь.…
О, это будут мусолить и обсуждать годами.
Хорошо хоть, концертное платье я выбрала уже давно. А то как пить дать застряла бы сейчас перед шкафом, отчаянно пытаясь решить, что надеть. А теперь просто беру с собой футляр и туфли – переодеваться буду уже перед самым концертом, сначала нам нужно ещё разыграться.
Выступление начинается на закате, поэтому собираемся мы сначала во дворце – а потом уже оттуда идём на центральную площадь города, где уже установили сцену, ряды кресел и всё остальное. К счастью, хотя бы дождя нет. А то погода у нас непредсказуемая, всякое случается. Но сегодня небо ясное, и солнце греет так, что ясно – всё, весна. На деревьях уже и почки набухли, совсем скоро вокруг веток появится лёгкая зелёная дымка, а там и яблони зацветут, которых в городе много...
Как же я люблю весну.
И какая тяжёлая весна выдалась мне в этом году.
– Не думай о лишнем, – говорит мне бабаня.
Она собиралась идти смотреть открытие. Но вместо этого едет в больницу к Иосифу Давидовичу. Позвонила Антону и потребовала, чтобы её пропустили к скрипачу – хотя кардиолог предупреждал, что посещения в ближайшие пару дней крайне нежелательны.
Но Анну Павловну с пути не свернёшь, если уж она чего решила. Так что моему жениху достаётся разнос по телефону, и он моментально идёт на попятный, пообещав, что обо всём договорится и её пустят.
Бабулю в больницу я завожу на такси, а вместо неё ко мне садится Антон, невыспавшийся, с взлохмаченными волосами, но в костюме и со сверкающим белизной медицинским халатом в руках.
– Я же вхожу в общественный совет и ответственен за медицинское обслуживание фестиваля, – поясняет в ответ на мой вопросительный взгляд. – Накину сверху на костюм, чтобы если что, сразу было видно, кому претензии предъявлять.
Заставляю себя улыбнуться шутке, но мужчина сразу видит, что я на взводе.
– Эй, ну что ты! – подцепляет мой подбородок пальцем, нежно целует. – Ёжик, я же тебя знаю. Ты прекрасно выступишь! А волнение – это нормально.
– Ты прав, – соглашаюсь, кивая, но в глубине солнечного сплетения всё равно ощущаю холодок и мелкую дрожь, как перед ответственными экзаменами."
"Около дворца мы расходимся – Антон идёт к бригаде скорой, которая будет дежурить на концерте, а я – в оркестровую.
Мы все, весь оркестр, старательно пытаемся делать вид, что всё в порядке… Но это бесполезно. Не помню, чтобы когда-то перед выступлением у нас было так тихо.
