Слишком уж резво Саня мчал по тротуару, уносясь в пространство.
На место побоища мы вломились, как взмыленные скакуны, и замерли от удивления.
– Тетя Изольда! – позвала я, глядя, как мамулина подруга таскает по полу верещащую Марту, крепко ухватив ее за шевелюру холеными пальчиками. Она делала это молча, не произнося ни единого звука. – Отпустите ее.
– Не могу, – тихо прошептала всегда спокойная Иза, – руки свело. Позорище! Бедный мой мальчик! Хорошо, что он уехал! Я ведь случайно пришла, а эти тут… Боже, какое непотребство!.. – простонала она и, отпустив свою жертву, привычным жестом схватилась за виски.
– Ах ты тварь! – взревела Марта и, резко вскочив на ноги, бросилась на меня, я даже не успела сообразить. – Ты все подстроила, и твои долбанутые подружки! И как я сразу не догадалась?! Захар тебе мой покоя не давал.! Ты думаешь, что он к тебе уйдет, жирная уродка? Да он даже не вспомнит о тебе через неделю! Таких, как ты, миллионы вокруг, имя вам – легион! Толстые, уродливые обжоры!
– Раз, – хмыкнула Люся и молча врезала обнаглевшей бабе, заметив выражение задумчивости на моем лице.
А ведь права Марта. На что я рассчитывала, когда признавалась ему в любви? Он даже отвечать не стал. И где он, кстати? Давно уже должен тут быть.
Изольда нервно тыкала в экран телефона, но безрезультатно. Захар не отвечал.
– Поехали, Люся, – тихо вздохнула я и пошла вон из квартиры любимого человека, которому я оказалась совсем не нужна. – Так бывает. Ничего, это просто надо пережить.
– Ты что, вот так просто сложишь лапки? – в своей манере взвыла Люся.
Но я больше не обращала внимания на ее слова. И в лифт не села – пошла пешком, стараясь немного проветрить спутанные в тугой ком горькие мысли.
Так и дошла пешком до дома, глядя под ноги, чтобы снова не попасть в какую-нибудь дурацкую передрягу. Навсегда для себя решив, что изменю свою идиотскую жизнь. И никогда больше не пойду ни у кого на поводу.
Телефон я отключила после двадцатого звонка, даже не глянув на экран. Конечно, это Люся звонит, или Катька, или, не приведи господи, мамуля – только ее нравоучений мне сейчас не хватало.
Слова Марты накрепко засели у меня в голове. Точно, пора меняться, валить из этого душного городишки, который стал мне тесен.
– Сегодня же соберу чемодан, – сказала я сама себе, поднимаясь по ступеням родного подъезда.
Дверь в мою квартиру была приоткрыта. Я судорожно зашарила в памяти и вспомнила четко, что поворачивала ключ в замке перед уходом…
Глава 45
Стараясь не шуметь, я тенью просочилась в прихожую и на автомате ухватилась за папулину клюшку. Она придала мне уверенности. Наверное, так чувствует себя солдат-первогодок, впервые получивший в трясущиеся ручонки автомат.
