Маруся в комнате повизгивала, и сейчас я пожалела, что послала на три веселых буквы Люсю и весь щараш-монтаж, насильно делающий меня счастливой.
«Эх, жаль у них ничего не вышло», – подумала я и, вздохнув заскользила по прихожей, как ниндзя, отведя в сторону свое смертоубийственное оружие. А что, при умелом обращении клюшкой можно скопытить даже Люсю. А уж махать этим спортинвентарем я умею – папа с детства дрессировал меня, словно цирковую собачонку, мечтая, что я стану первой женщиной-бомбардиром, сметающей соперников на своем пути, как он. В зеркале, висящем на стене, отразилась моя перекошенная физиономия. Я содрогнулась – бедные грабители. Куда там бабуле Остроумовой с ее фирменной гримасой. Даже она бы в рейтузы напрудила, увидь меня сейчас: глаза выпучены, волосенки торчат в разные стороны, как змеи у медузы Горгоны. В общем, жуть страшная. Короче, в свой любимый уютный холл я ворвалась уже накрученная до предела с криком, достойным баньши. Ворвалась, споткнулась о порог и растянулась во весь хлыст поперек прохода. Дурацкие брюки предательски треснули на заднице, являя миру попец пятьдесят четвертого размера, обтянутый трикотажем фабрики «Большевичка». И почему со мной это всегда случается? Правда, что ли, трусы себе купить более приличные? А то даже перед грабителями неудобняк.
Странно, никто не набросился на меня и убивать не собирался. Наверное, решили, что с моими умениями я сама ухайдакаюсь до смерти, или задохнулись от восторга, увидев мои трусишки. Второй вариант наиболее предпочтителен, кстати.
– Ну слава богу, – услышала я насмешливый голос, несущийся со стороны моего дивана, – кстати, я уже начинаю думать, что ты ко мне таким образом подкатываешь с самого начала. Ты повторяешься, Юля. В охоте нужно разнообразие.
Захар сидел на диване и чесал пузо предательнице Марусе, счастливо повизгивающей от удовольствия. Вот же неверное создание. И ведь кому продалась, а?"
"– Какого черта ты тут делаешь? – пропыхтела я, цепляясь пальцами за дверной косяк, чтобы восстать из неудобного положения. – Вот уж не ожидала, что ты опустишься до взлома моей квартиры. Ты просто хам и придурок с мелко криминальными наклонностями.
– Дверь была открыта, – дернул он плечом и легко поставил меня на ноги, подхватив за талию. Я задохнулась от невероятного чувства его близости, его такого родного аромата. А Завьялов прижал меня к себе, так что я пошевелиться не могла, и застыл, уткнувшись носом мне в волосы. – Ты ужасная растяпа, – прошептал он.
– А ты гад, – прохрипела я.
Мне так хотелось вот так вот простоять всю жизнь, чувствуя его сильные руки на своем теле.
– Я тоже тебя люблю, Юлька, – горячо шепнул он.
– И потому бросил трубку, – горько вздохнула я, вспомнив, что почувствовала в тот момент.
