Я буду за вас бороться, а без вас я... я... погибну.
А есть ли у меня смелость поверить Роману?
Есть ли у меня смелость теперь жить другой собой? Но ведь и прежней Лерой я теперь не буду. Наивная и по-девичьи глупая женщина я осталась в прошлом.
Я теперь знаю цену предательству, любви, одиночеству и прощению. Она велика.
— Лера… — Роман прижимается к правой коленке горячей щекой и выдыхает как в полубреду, — моя Лера…
Глава 61. Потерять весь мир
В доме у Ромы просторная светлая кухня из белого дерева и молочного мрамора.. Окна выходят в сад.
Весной и летом, наверное, в саду будет красиву.
Подношу стакан с водой к губам, глядя на голые кусты у дорожки, выложенной круглым камнями и гадаю, что что это.
Наверное черная смородина.
— Лера…
Я уже не вздрагиваю от голоса Романа. Последние глотки воды, и я отставляю стакан.
Вряд Алина и Варя сейчас спят. Они, конечно, безропотно послушались меня и пошли в кровать, чтобы досыпать последний сладкий час сна, но, вероятно, сидят сейчас на одной кровати и ждут, что будет дальше.
И я знаю, что они теперь примут мое любое решение без криков и истерик, потому что мы все понимаем: сегодняшнее утро — это точка невозврата, за которой больше не будет метаний, неуверенности и истерик.
По дорожке семенит Вася, выпуская дым, а затем почувствовав мой взгляд, оборачивается. Замирает и прячет сигарету. Пятится и медленно исчезает из поля моего зрения.
— Ром, — тихо спрашиваю я, — ты сейчас все же бандит или деловой человек?
Он же не тупой.
Он же должен был за эти годы вывести все свои активы из тени и легализоваться. По молодости это, конечно, весело рисковать жопой, но мы все все равно приходим к тому, что хотим спокойно жить.
— Деловой человек.
Я оглядываюсь.
— Ну, если бы ты решила при разводе с адвокатами устроит мне грандиозный разбор полетов, то… — он слабо улыбается, — у меня несколько лет все чисто… — вздыхает.
— Скольких людей ты убил?
Рома опускает лицо, хмурится, а после смотрит на меня:
— Одного, Лер.
Глаза черные-черные.
— Одного, — повторяет он. — Знаешь, с людьми довольно легко договорится, если… — делает паузу и у него лицо дергается, — Лер…
— Договаривай.
— Если сломать коленную чашечку.
— Наверное, это больно.
— Очень.
Разворачиваюсь к Роману и скрещиваю руки на груди:
— А прихвостней…
— Не прихвостни, Лер, — перебивает меня Рома. — Семья.
Я вскидываю бровь, и Рома взгляда не отводит.
— Семья, о которой ты нам не говорил, — усмехаюсь я. — Семья из кучи страшных здоровых мужиков.
— Ты бы не поняла, но они мою жопу не раз прикрывали, Лер, — Рома пожимает плечами.
— Если я потребую от них избавиться… — я иду на небольшую провокацию, чтобы нырнуть в душу Романа поглубже, и понять, на что он готов идти ради меня.
