— Меня все еще влечет к тебе, — выдохнула она неожиданно для самой себя. Слышал ли он эти слова?

— Не знаю, почему ты согласилась уехать отсюда. Из-за меня или из-за чего-то еще. Но в Греции мой дом и когда-то, — добавил он, — там был и твой дом тоже. Я хочу, чтобы у моего сына была возможность выучить родной язык и полюбить Грецию, как люблю ее я.

— Твой дом никогда не был и моим тоже, — сказала Джорджи. — Я всегда была там нежеланной гостьей.

— Не говори глупостей!

Джорджи не стала спорить.

— Я не хочу жить в одном доме с твоей матерью и сестрой.

— Правда?"

"Джорджи поняла, что он воспринимает это как шутку. Если уж она согласна уехать с ним в Грецию, то ему придется играть по ее правилам.

— Я скажу по-другому. Я не буду жить в одном доме с твоей матерью и сестрой, — твердо заявила она.

Анголос пораженно смотрел на нее.

— Ты серьезно?

— Серьезней некуда.

— Ты хочешь, чтобы я выгнал их из собственного дома?

Джорджи твердо решила не отступать.

— Но ведь они не окажутся на улице? — Олимпии Константин принадлежала огромная вилла, а кроме того у нее был собственный дом в Афинах. — Что касается Саши, то, если ты наконец позволишь ей самой заботиться о себе вместо того, чтобы сюсюкаться...

— Она вышла замуж в прошлом году.

— Замечательно!

— Они поссорились и...

— ...она вернулась домой.

— А почему, собственно, она не может вернуться?

— Саша прекрасно знает, что, когда у нее возникнут проблемы, брат всегда бросится ей на помощь и спасет.

Он нахмурил брови.

— Неужели ты так не любишь мою семью?

Джорджи вздохнула.

— Мне нравится твоя семья, Аиголос. Это они не любят меня. Им вообще никто не понравится, кроме Сони.

—Что за бред! — воскликнул Анголос. В его голосе чувствовалось нарастающее раздражение.

— Они до сих пор думают, что вы помиритесь.

— Интересно. Мы развелись давным-давно. Кто знает, зачем мы вообще поженились?.. — добавил он скорее для себя.

— Да? Тогда почему же эта сексуальная красавица никак не может оставить тебя в покое?

— Ты что, завидовала ей?

Джорджи рассмеялась. Она не смогла сдержаться, услышав, с каким искренним удивлением он спросил ее об этом.

— Видимо, ты совсем ничего не понимаешь в таких делах! Конечно, я завидовала Соне. Какая жена не позавидовала бы ей?

— Та, у которой есть чувство собственного достоинства.

— Твоя бывшая жена сказала мне однажды, что я отношусь к разряду тихих семейных женушек. И что тебе как раз такая и нужна.

— Я уверен, что Соня ничего плохого под этим не подразумевала. Она всегда говорит первое, что придет в голову.

То, как Анголос бросился на защиту Сони, вызвало у Джорджи горькую усмешку.

Если бы он столь же пылко защищал меня... хотя бы наполовину.

— Даже когда я просила прислугу что-нибудь сделать, они сначала докладывали об этом твоей матери,

— Любопытно.