Залпом выпила налитую в бокал жидкость и требовательно протянула опустевшую емкость Илье, тот прям обрадовался и тут же подлил еще.
– Пф-ф, – фыркает мне на ухо Наташа, да муж твой еще локти кусать будет."
"– Сомневаюсь, – тихо отвечаю я. – Вон у него начальница какая. Зарабатывает сейчас почти в три раза больше, чем я, и еще в перспективе должны повысить.
– Ты-то гораздо моложе той начальницы.
– И что?
Наши перешептывания прерывает Илья, предлагает тост за любовь.
Надо признать, к концу вечера тостов я подняла немало. Хотелось забыться, переключиться, избавиться от страха и сомнений. И, надо сказать, у меня это получилось, настроение улучшилось, много раз выходили танцевать с Наташкой под быстрые композиции, медленные танцевала с Ильей… да и много, кажется, с кем, приглашали активно. Чем дольш длился вечер, тем отрывочнее и головкружительнее становились мои воспоминания. Помню, как мы с Наташкой хохотали, когда Алефтина Владимировна, наша бухгалтер предпенсионного возраста, женщина хорошо так в теле, вдруг залезла на стойку и как давай танцевать. Ее пытались уговорить слезть, а она всех только отпихивала, и продолжала с невозмутимым видом танцевать.
Глава 6
В какой-то момент поняла, что голова кружится настолько, что мне нужно на воздух. Илья очень не хотел отпускать, но я пояснила, что вот прям надо и скоро приду.
– Если что, мой номер – двести восемьдесят пять, – многозначительно так произнес Илья. – Думаю, я уже скоро в него пойду. Приходи, чай попьем. Лучше нам не вместе уходить.
– Ага, хорошо, – киваю, не понимая, к чему такая секретность. Не знаю, как в здании, где работает Илья, а в моем, кажется, все обо всем в курсе наших планов на корпоратив, от начальника до уборщицы.
Нетвердой походкой иду на свежий воздух. Выхожу на крыльцо, а на улице мороз, темень и жутко красиво. Холод немного проясняет разум. Понимаю, что несмотря на то тщательно доводила себя до кондиции, к Илье в номер идти все равно не тянет.
Еще какое-то время стою, глубоко дыша, а потом достаю из сумочки телефон. Последний шанс. То ли мне, то ли Косте, а может просто нам.
Звоню. Секунды как будто бы растягиваются, хочу услышать его голос, поговорить, рассказать все, но…
Абонент недоступен. Звоню еще, еще раз. Не-а.
– Козел! – ору я со всей силы на невинный телефон, а потом со всей возможной злой силой, швыряю телефон как можно дальше от себя, и только через пару мгновений осознаю, что сделала.
Я выбросила куда-то в сугробы свой единственный старенький, родной телефон. Обидела его зазря, еще и связи лишилась.
Первый порыв – бежать искать телефон, но остановилась. Разума хватило осознать, что в одних туфлях и без верхней одежды в сугробы лучше не лезть, еще и ночью, тем более без очков.
