Конечно, он мог сжечь свой труд или завещать это сделать другим. Бумаги могли пропасть по глупости, по неосторожности или, наоборот, из-за осторожности чрезмерной…
– Скорее, – сощурилась Арлетта, – они до сих пор валяются в Лаик, если только их не украл мэтр Шабли.
– Согласно гороскопу, Эрнани был склонен к занятиям наукой, он не стал бы писать лишь для того, чтобы заполнить пустоту в душе, и позаботился бы о том, чтобы довести свой труд до тех, кому он будет полезен. До тех, кто спасал Талигойю, в том числе и от Агариса.
2
Никола вернулся к полуночи. Приказ он, само собой, выполнил и к тому же проехался до Конских ворот и дальше через Нижнее предместье к Гусиному мосту.
– Хорошая ночь, Монсеньор, – голос маленького генерала был почти мечтательным, – звездная… В Старом парке полно цикад. Трещат, будто и не в городе.
– Вы и туда добрались?
– Ехал мимо, вот и завернул на минутку. – Никола, неслыханное дело, казался смущенным. – Сам не знаю с чего. У нас… В Пуэне сейчас тоже поют.
– И в Эпинэ. – Робер подошел к окну, которое распахнул еще вечером. Звезд в самом деле было немерено. – Скоро начнут падать… Я про звезды. В Торке шутят, что звезды учатся падать у созревших яблок.
– Я слышал, – кивнул Карваль.
Внизу белели статуи, темнота пахла ночной фиалкой и еще чем-то пряным и сладким, скучно журчал фонтан. В Старом парке вода поет и плачет, вот туда и тянет…
– Ложитесь, – велел помощнику Эпинэ, – прямо здесь, нечего тратить время на разъезды. В городе спокойно, а выспаться вам нужно. Утром я займусь Глауберозе, а вы примете доклады и поговорите с Мевеном. Иначе он вообразит, будто мы не доверяем Рокслею.
– А разве вы доверяете?
– Дэвид не предаст.
– Граф Рокслей может ошибиться. В нашем положении это ничем не лучше.
– Вряд ли ему представится оказия, да и Мэйталь будет рядом, это здесь нам помогать некому. – С чего он такое брякнул? Никола и без того все понимает… – Ложитесь и выкиньте из головы всякую ерунду, даже часы. Вас разбудят.
Карваль пообещал. Эпинэ не поверил – маленький генерал не терпел, когда его застигали спящим.
Опустевший дворец казался сказкой. Темные анфилады и лунные отблески на полах и зеркалах напомнили рассказ Дика про Рамиро и возвращенный меч. Теперь Робер знал разгадку, но в гулких, почти призрачных залах больше веришь в откровения мертвеца, чем в розыгрыши. Веришь и делаешь глупости.
Карваль полез в Старый парк, Эпинэ забрался в малую Тронную и долго смотрел сперва на корону Раканов, потом на их же меч. Изображать из себя анакса Эпинэ не собирался, просто захотелось проверить…
Рокэ оценил реликвию верно: «дурно сбалансированная железяка» таковой и оказалась.
