Возможно, Элис и зашла слишком далеко, но то же относилось и к ней самой. Они все были голодными и усталыми, вот она и сорвалась. – Ты цела? Дай-ка я…
Лорен встала и, просунув руки под мышки Элис, вздернула ее в сидячее положение. Прислонила спиной к валуну и положила рядом рюкзак. Элис медленно моргнула полуприкрытыми веками, ее рука безвольно лежала на коленях, глаза смотрели невидящим взглядом. Лорен проверила ее затылок. Крови не было.
– Все в порядке. Крови нет, ты, скорее всего, просто оглушена. Отдохни минутку.
Ответа не последовало.
Лорен положила руку Элис на грудь, чувствуя, как та поднимается и опадает. Совсем как в детстве Ребекки, когда она стояла над ее кроваткой в темные предрассветные часы, дрожа от груза ответственности, задыхаясь от того, насколько тесной была их связь. «Ты все еще дышишь? Ты все еще со мной?» Теперь, задержав дыхание, Лорен чувствовала, как слабо поднимается и опускается грудь Элис под ее ладонью. Она шумно вздохнула с облегчением.
– Боже. Элис, – Лорен встала. Сделала шаг назад. Что теперь? Внезапно она почувствовала себя очень одинокой и напуганной. Она так устала. От всего. Слишком устала, чтобы ссориться.
– Слушай, Элис. Делай что хочешь. Я не буду будить остальных. Не скажу им, что видела тебя, если ты не скажешь… – она запнулась. – Я просто на минуту вышла из себя.
Никакого ответа. Элис смотрела в землю сквозь прикрытые веки. Раз моргнула, ее грудь поднялась, потом медленно опустилась.
– Я возвращаюсь в хижину. Ты тоже возвращайся. Не исчезай.
Губы Элис едва заметно шевельнулись. Из глубины ее горла вышел тихий звук. Чувствуя любопытство, Лорен приблизилась. Снова послышался тихий звук. Он походил на стон, но, несмотря на шум ветра среди деревьев, стук крови в голове и пульсацию боли в теле, Лорен почувствовала, что точно знает, что пытается сказать ей Элис.
– Все в порядке, – она повернулась. – И ты меня прости.
Она почти не помнила, как вернулась в хижину. Внутри, мирно дыша, лежали трое. Лорен нашла свой спальник и залезла в него. Она дрожала, и, когда легла на пол, ей показалось, что все вокруг вертится. Грудь ей сдавило тяжелое чувство. Не просто гнев, подумала Лорен. Не печаль. Что-то другое.
Вина.
Слово подкатило к горлу, как желчь. Лорен задвинула его обратно.
Она очень устала, глаза казались такими тяжелыми. Она прислушивалась так долго, насколько хватило сил, но так и не услышала, чтобы Элис прокралась вслед за ней обратно в хижину. Наконец, совсем вымотанная, она сдалась. И, уже проваливаясь в сон, поняла две вещи. Первое: она забыла забрать телефон. И второе: на ее правом запястье было пусто. Браслет дружбы, который сделала для нее дочь, пропал.
Глава 31"
"Фальк перелез через поручень на скалистый склон. Под ногами было скользко, как на льду.
