Во всем диапазоне частот спутниковой связи приемная аппаратура фиксировала сплошной «белый шум».

– В квадрате 42-16 отмечается работа активного постановщика радиопомех, – связавшись по рации с командованием, доложил начальник радиотехнического поста.

– Постановщик радиопомех идентифицирован, – через минуту уточнил он. – Дрейфующая морская яхта.

Приняв спецсообщение от своего коллеги в штабе Северного флота, кап-два Лазарев поднял встревоженный взгляд на заместителя начальника Главного штаба.

– В районе предполагаемого местонахождения «К-551» обнаружен активный постановщик радиопомех – морская прогулочная яхта.

Командование авиацией запрашивает указаний по степени воздействия.

– Что там запрашивать?! – взорвался зам начштаба. – Утопить к чертовой матери!

Лицо Лазарева просветлело.

– Есть, товарищ контр-адмирал! – воодушевленно воскликнул он и, связавшись с дежурной частью Северного флота, передал: – Обнаруженную цель уничтожить!

* * *Всех матросов, кроме стоящего у штурвала рулевого, Салладин выгнал на палубу и, раздав им бинокли, приказал следить за морем. Сам он вскарабкался на крышу капитанского мостика – самой высокой яхтенной надстройки и оттуда напряженно вглядывался в горизонт, с нетерпением ожидая залпа запущенных с подводной лодки ракет.

Услышав донесшийся с неба рев реактивных двигателей, Салладин оторвался от бинокля и поднял глаза кверху. Но за густой пеленой облаков ничего не было видно. Послав проклятье в адрес пилотов пролетающего самолета, Салладин снова припал к биноклю.

Но источником шума являлся не самолет. Рев издавали двигатели крылатой ракеты «воздух – поверхность», выпущенной с российского бомбардировщика «Ту-160» десятью секундами раньше.

В следующую секунду ракета пробила нижний край облаков и устремилась к покачивающейся на волнах морской яхте. Ее допустимое отклонение от цели не превышало пяти метров, а так как заряд взрывчатки способен был уничтожить средних размеров военный корабль, его обычно не принимали в расчет.

Привлеченные нарастающим грохотом матросы, опустив бинокли, задрали головы вверх. Некоторые из них даже успели заметить пикирующий с неба снаряд. Но в следующий миг ракета врезалась в палубу, снеся надстройку, на которой стоял Салладин.

Раскат грома и огненная вспышка поглотили яхту. А когда огонь и дым рассеялись, на воде не осталось ничего, кроме раскачивающихся на волнах мелких обломков.

* * *На центральном посту подводного крейсера перемигивались десятки лампочек, но Ткачев не видел перед собой ничего, кроме подергивания стрелки корабельного хронометра, отсчитывающего уходящее время. Что-то удерживало его от отдачи последней команды, после которой уже ничего невозможно изменить.