Мой взгляд упал на книгу, которая по-прежнему лежала на столике у кровати. Я провела кончиками пальцев по обложке и пообещала:
– Вечером прочитаю, чем тебя кормить, и подумаю.
После этого я умчалась на уроки. Меня ждал очередной круг словесности, классической литературы и математики. Но добила меня история. Задание оказалось таким огромным, что становилось дурно при одной мысли, какое количество дат и событий придется запоминать.
Я даже порадовалась, что сегодня нет тренировки у декана, и мне предстоит только наказание. Оставалось надеяться, что он найдет для меня сегодня не слишком много работы. В конце концов, с отчетами вчера я закончила.
В комнате царила тишина. Похоже, льепхен спал. Я вытащила из кармана сверток с едой и шагнула к шкафу. Но мое внимание привлекло белое пятно на тумбочке. Я подошла поближе и обнаружила, что рядом с книгой возвышалась горка каких-то бело-черных клочков. Я не сразу поняла, что это. А когда поняла, то не поверила своим глазам.
Бумага. Клочки листов с напечатанными на них буквами.
Я обескураженно села на постель и отложила в сторону принесенную снедь. А затем осторожно взяла в руки книгу. Несколько листов в середине были вырваны и разорваны в клочья. Теперь среди страниц зияла тонкая, но заметная щель. И как я буду это сдавать в библиотеку?!
Тут меня поразила догадка. Я пролистала книгу, заглянула в содержание и убедилась: зверь уничтожил только одну главу. Ту, которая была посвящена его виду. Никаких знаний о льепхенах отсюда я уже не получу. Не то чтобы это было проблемой. В библиотеке есть еще книги, нести их в комнату необязательно. Но сам факт того, что Лютик не поленился это сделать, заставлял задуматься.
Колбаса нравится ему больше, чем еда, которой льепхены питаются в природе? Или есть что-то еще, о чем я не должна узнать?
В этот момент рядом раздалось чавканье. Я обнаружила, что мой новый питомец выбрался из шкафа и с аппетитом уписывает колбасу с бутербродов. Прежде чем снизойти до котлеты, Льепхен подозрительно ее обнюхал. И теперь на меня снова смотрели большие и грустные глаза.
Но я не повелась на них. Раскрыв книгу, я сунула ее под нос льепхену и возмутилась:
– Что это такое, Лютик? Как я буду сдавать эту книгу в библиотеку?
Зверь смотрел на меня с таким невинным видом, будто он здесь совершенно ни при чем. Но я на это не купилась Впрочем, способа наказать чешуйчатого пса у меня не было. Так что оставалось только погрозить ему пальцем и прочесть длинную проповедь о том, как должны вести себя приличные собаки, если они хотят делить комнату с девушками.
Первый раз в жизни я отчитывала кого-то, а не меня отчитывали. Пес выслушал, молча качнул хвостом и ушел в шкаф – спать.
Со смешанными чувствами я пошла отбывать наказание.
