— она легко коснулась моей руки на штурвале. — Я не хотела тебя расстроить.

— Да нет, всё хорошо. — я сжал её ладошку. — Слушай, я тут вычитал закон об эмансипации….

— Я согласна. — она, даже не думала, ответила моментально. — Мы же об этом мечтали ещё тогда, в школе. Можно начинать готовить бумаги, нужен будет поверенный, а ты пока у Дедушки одобрения испросишь.

— Я очень рад, я….

— Ростик. — она не спешила отпускать мою руку. — Иначе быть не может, я люблю тебя, и решила быть с тобой много лет назад, я очень сильно тебя люблю, и Вареньку, вы моя семья.

У меня защемило сердце от нежности, которой был насыщен её голос.

— Душа моя, в академии есть слуга твоего отца, я знаю, кто он, и скоро мы его поймаем. Прошу тебя, — я на мгновение обернулся к ней, — если он выйдет с тобой на связь, или ты его увидишь, сразу сообщи мне, я боюсь, как бы он тебя не увёз отсюда.

— Хорошо. — соглашалась она, успокаивая меня. — В мои планы это точно не входит, — а затем она печально улыбнулась. — Если бы я только могла отменить распоряжение папы, но в моих силах лишь было предупредить тебя. Я, даже не знаю всех слуг в лицо, и не ведала, кого он пошлёт, в отличие от брата. Август же наследник рода, и участвует во всех делах, но отец запретил ему что-либо рассказывать мне, братик только и решился, что передать ту запись.

* * *В просторном, с неизменной планировкой, холле пансиона, светясь от радости, ласково ворковала с Лирой и проснувшейся Варенькой, Ирина Викторовна. Её муж, довольно улыбаясь, крепко пожимал мою руку, приговаривая, что наслышан обо всех трудностях, которые выпали на долю курсантов. Ох уж эта академия, слухи распространяются со сверхсветовой скоростью."

"— Родион Кириллович. — обратился я к старшему мичману в отставке, когда со всеми процедурами представления Лиры и четы Соловьёвых друг другу было покончено. — У вас найдётся двухкомнатная квартирка? Видите же, я теперь не один, нам бы хотелось быть рядом друг с другом.

— Ростислав, номеров таких у нас нет. — несколько помявшись, посуровел он, и продолжил. — Ты уверен, что это будет уместно? Всё же ты не женат на Иллирике, а сожительство с незамужней аристократкой не самым лучшим образом скажется на её репутации. Что скажут её родители? Люди? Да и не правильно это.

— Родион! — возмутилась Ирина Викторовна. — Ты чего лезешь к ним с нравоучениями, старый!? Ребята уже давно определились со своим будущим.

— Беспокоюсь за них. Сама знаешь, у нас здесь не рядовое общество, а сплошь дворяне, и они к таким вещам относятся строго. Всякие там свиданки, гуляния, и прочее, ещё, как-то проходят, но сожительство!

— Родион, твоя супруга права. Твоя родительская опека излишня. — на лестнице появился Евгений Михайлович, и стал спускаться вниз.