Этот этаж очевидно играл роль комплекса технического обеспечения, потому что его помещения, по крайней мере те, чьи двери удалось открыть, были заполнены массивами сложных ферм, колонн и коробов.
К удивлению разведчиков пыли здесь почти не было, и практически отсутствовали «ароматы мусорных баков». Пахло в помещениях металлом и горелой керамикой.
Спуститься ниже удалось в ответвлении коридора, обегавшего всё здание по периметру. Лестницей спуск назвать можно было условно, так как это был скорее пандус, жёлоб с округлым полом, неизвестно для чего предназначенный.
Этот этаж здания представлял собой гигантский зал, заполненный плоскими прозрачными шкафами, на полках которых располагались всевозможные предметы, как простые, так и сложные, в очертаниях которых иногда можно было разглядеть знакомые формы и вещи. Стены зала были когда-то сплошными окнами, но за время существования покрылись пылью и потеряли прозрачность, пропуская в помещение слабый серый свет.
– Чтоб я проснулся! – удивлённо произнёс Редошкин. – Даю голову на отсечение – это музей!
Максим поворочал лучом фонаря, освещавшим странные, кажущиеся монолитными, прямоугольные колонны с предметами внутри. Размеры колонн всюду были одинаковыми: толщина – один метр, длина – три метра, высота – около пяти, – и они действительно были сделаны из единого куска стекла или чего-то похожего на стекло. Изделия неведомых мастеров были просто впаяны в эти прозрачные «саркофаги».
Редошкин двинулся было к одному из шкафов, но Максим предупредил:
– Смотреть под ноги! Не расходиться! Кто знает, не пристроил ли кто здесь растяжки с гранатами.
– Да ладно, – недоверчиво проговорил Редошкин, – этому зданию сотни лет.
– Вот именно, строили его давно, поэтому вполне могли воткнуть какие-нибудь ловушки.
Редошкин остановился.
– Если это музей, никаких ловушек здесь быть не должно.
– А если не музей?
– Хорошо, буду внимателен. Кстати, гляньте на эту штуковину. – Редошкин указал на шкаф, внутри которого висел в прозрачной массе предмет, похожий на толстый фолиант с золотым тиснением на верхней крышке. – Книга?
Максим подошёл, направил на шкаф луч света."
"Золотые с виду бугорочки на корочке предмета складывались в надпись на языке, похожем одновременно на арабский и русский.
– Говорю же – книга, – сказал Редошкин.
Максим попытался прочитать название фолианта, но уловил смысл только одного слова: «история».
– Какая-то история.
– Не понял?
– Похоже, это свод исторических событий.
– Вот бы прочитать! – с энтузиазмом воскликнула Вероника.
– Переводчик потребуется, – смешком ответил лейтенант. – Вон какие загогулины вместо букв.
– Надо ещё достать книгу оттуда…
– Разобьём витрину и вытащим.
– Я тебе разобью! – пригрозил Максим.
