Я такую беспомощность ощущала, лишь когда меня едва не изнасиловали. От страха буквально колотило, а Марина разозлилась.

– Жди меня здесь, не уходи! – процедила она, указав нужный кабинет.

Не представляю, кого и где ей удалось найти, но в местном туалете она заставила меня надеть свое испачканное белье со следами недавней близости. Я была как сомнамбула, делала все, что она говорила, трясясь мелкой дрожью перед необходимостью выйти на улицу."

"Трюк Марины сработал. От нас отстали, наговорив гадостей вслед. Мы о себе много нового узнали! Оборотни требовали, чтобы обслужили их прямо здесь, раз такие дуры и шлюхи, а они уже обнадежили очень важных персон. Но Марина заявила: или пусть объявляют парой, со всеми вытекающими, или она вызывает полицию. Видимо, я сильно упала в цене, связываться с нами не стали, просто словесно облив грязью.

По дороге Марина позвонила на работу, что-то соврала про поломку машины, что ждет эвакуатор, предупредила, что не вернется. А приехав домой, напилась в хлам и долго отмывалась в ванной. Непросто ей это все далось. После такого я для нее в лепешку разобьюсь!

Хорошо, что все оказалось не зря. Марину повысили, а я устроилась курьером, и даже удается понемногу откладывать. И впервые ощутила вкус свободы, когда никто не кричит на меня, не унижает, когда могу заниматься чем хочу в свободное время. Да, оно у меня появилось!

Только круто изменив жизнь, я осознала, под каким гнетом жила все это время. Разумеется, в городе непросто и следует быть осторожной, но наша квартирка стала тем местом, где я чувствую себя дома и нужной. Мы на удивление легко ужились с Мариной. Да ее и дома практически не бывает.

Приходит с работы поздно, на выходных бегает по разным салонам, заботясь о своей внешности, или по магазинам. Продукты закупаем на неделю вместе, но готовлю я. Как и убираю. Мне несложно пыль смахнуть и полы протереть. После хозяйства в деревне это даже не работа. Но там мне никто ни разу спасибо не сказал, а Марина умеет быть благодарной. И мне самой нравится новые рецепты находить и тестировать их с Мариной. Она, кстати, говорит, что раньше намного больше на еду тратила, ленясь готовить и заказывая доставку или покупая полуфабрикаты. Я же ее от них быстро отучила.

Но нельзя сказать, что я не вспоминала о доме.

Марина строго-настрого запретила включать мой телефон. Я крепилась больше месяца и лишь потом смогла уговорить ее посмотреть сообщения. Сделали мы это в гипермаркете, куда поехали за продуктами. Как же она была права! Там оказалось больше сотни сообщений и пропущенных звонков от мачехи и сводных сестер. Вначале поливали грязью и слова «неблагодарная свинья» были еще самые культурные.