– В ней есть темная магия! Просто проверьте ее!
– Господин Саррах? – Эргориан сурово глянул на Ротберга. – Речь идет о вашей дочери. Что вы скажете?
Тот развел руками:
– Понятия не имею, о чем эта леди. Я дракон, это всем известно. А мать Натальи была человеком, самым обычным, ни капли магии. Дочь вся в нее.
– Ложь! – взвизгнула Эльза. – Мы вместе учились! Как бы ее приняли в Академию, будь она человеком?
И тут на сцену невинным лебедем выплыл Драмиэль. Иначе не скажешь.
Глядя на трагическое, полное неподдельного сожаления лицо дяди, я едва не зааплодировала его актерскому мастерству.
– Простите, – произнес он, отвешивая глубокий поклон, – это моя вина. Я воспользовался своим служебным положением. Понимаю, что не имел права, но она моя единственная племянница. Ее мать сгинула в Аливетской общине, отца заточили в Ронгарх. Кто, кроме меня, мог ей помочь? Мы, драконы, ценим родную кровь.
Толпа взволнованно загудела.
– Я глубоко и искренне раскаиваюсь, – Драмиэль еще раз поклонился, – готов понести любое наказание.
– С вашим наказанием потом разберемся, господин Саррах, – сухо отрезал Эргориан. – А сейчас проверим слова этой леди.
Айзен кивнул, и двое мужчин, стоящих на пути у сановника, чуть отступили.
Эргориан Дагворт приблизился к нам.
– Вашу руку, леди, – произнес, обращаясь ко мне.
Я поймала злорадный взгляд Эльзы и без опаски протянула ему ладонь. Знала, что он ничего не почувствует, ничего не найдет.
Так и вышло.
Он долго хмурился и мял мои пальцы. Все напряженно ждали. Эльза сверлила меня убийственным взглядом, в котором смешались злорадство и жажда мести.
Но вот сановник объявил свой вердикт:
– Эта девушка человек! В ней нет ни темной, ни светлой магии.
– Нет! – закричала Эльза, перебивая его. – Этого не может быть! Это ложь! Она околдовала принца и всех вас! Разве не видите?
Дормер рванула в нашу сторону, грубо расталкивая толпу. Но ей помешала охрана принца. Они успели схватить ее прежде, чем она на меня набросилась.
– Пустите! – завопила Эльза, вырываясь с такой силой, что волосы разлетелись в разные стороны и закрыли ее лицо. – Пустите сейчас же! Я докажу! Я вам всем докажу!
Она яростно затрясла головой.
– Бедняжка, – вздохнул Айзен, делая знак своим людям, – эта несчастная была одной из моих невест. Так и не смирилась, что не прошла отбор.
– Выведите отсюда эту леди, – велел жрец.
Я заметила говорящий взгляд, которым принц обменялся со своими людьми.
Что-то подсказывало, что Эльзу здесь ждали. И что теперь ее просто так не отпустят.
Но спрашивать ни о чем не стала, потому что жрец ударом гонга заставил всех замолчать."
"Двери зала закрылись, вопли моей однокурсницы постепенно затихли.
