— Когда я могу приехать к детям? — произнес он.
— Когда захочешь, — я пожала плечами. — Только предупреждай заранее, пожалуйста, чтобы я не строила планы.
Некоторое время мы стояли молча и смотрели друг другу в глаза. В груди бешено колотилось сердце, а его грохот разносился по всему холлу. Я не должна испытывать каких-либо чувств. Ни хороших, ни плохих. Но мое сердце обливалось кровью и ныло. Вопреки всему.
Наконец, Руслан шагнул к двери. В полной тишине раздался щелчок замка, и я едва заметно вздрогнула — настолько сильным было мое внутреннее напряжение.
— Если тебе что-то понадобится, звони, — сказал муж напоследок и вышел.
Я вдохнула с облегчением, накрывая лоб ладонью. Ничего мне не может понадобиться! Теперь я буду рассчитывать только на себя. Всегда.
Во-первых, мне нужен был стабильный заработок. Я больше не хотела зависеть от кого-либо. Вернуться работать на телевидение в качестве штатного сотрудника я отказалась. Декретный отпуск был не за горами, и подставлять так коллег я не хотела. Поэтому задалась целью создать свои собственный информационный сайт. У меня всегда неплохо получалось писать интересные статьи, и я рассчитывала сделать ставку именно на эту направленность. Обратилась в хорошую компанию, которые не только разрабатывали сайты под ключ, но и помогали продвигать их различными способами. Несколько недель подряд я готовила материалы, печатала статьи, чтобы мне было чем зацепить читателя к моменту сдачи интернет-площадки.
Буквально на следующий день после ухода мужа, меня навестил его адвокат. Как Руслан и обещал, Альберт обсудил со мной все изменения в соглашении о детях, а так же подготовил договор, в котором собственником этой огромной квартиры становилась я и дети. На все мои возражения Руслан не реагировал.
«Либо так, либо никак, Арина».
Хоть муж и не повторялся, но сказанная им фраза прочно засела в моей голове. В итоге, взвесив все плюсы и минусы, я подписала документы. Хуже от этого решения мне точно не стало, а вот уверенности в завтрашнем дне прибавилось.
Глава 32
РусланОтец весь искрился недовольством, когда расхаживал по гостиной, убрав руки за спину. Его лицо покраснело настолько, что я забеспокоился, как бы его не хватил удар. На лбу залегли глубокие морщины, челюсти плотно сжаты, а ноздри раздувались от каждого резкого вздоха.
— Это чушь какая-то! — наконец высказался он сквозь зубы, а его жесткий взгляд сцепился с моим, будто это у меня обнаружилась незаконнорожденная дочь.
— Я все перепроверил, — ответил спокойно. — Эта девочка — моя племянница и твоя внучка.
— Никакая она мне не внучка! — рявкнул отец. — Раз Борис ее не признал, значит нас это не должно касаться.
— Борис не хотел скандала.
