Меня так и подмывало сказать, что я не виновата и вообще это не я, но сдержалась. Понимала же, что не поможет.

«Тут был твой друг Джар. Он передавал тебе привет».

Колечко сменило цвет с бордового на красный, и ничего. Ответного послания не последовало.

Я ждала, всматриваясь в камешек в страхе пропустить сообщение от Себастьяна. Однако прошла минута, затем вторая, но ничего не происходило.

А потом вдруг в комнатке разом стало как-то темно, словно тени выползли из своих укрытий и поползли ко мне."

"Я с трудом сдержалась, чтобы не закричать и бросилась к двери, забыв, что она заперта.

— Ой! — пискнула я и предприняла попытку рвануть назад, но запутавшись в юбке, едва не рухнула.

Лоран быстро поймал за плечи, не давая опрокинуться назад. Вокруг нас плясали тени, практически полностью поглотив свет. Не осталось света в и опасных чернильных глазах мага, который посмотрел на меня так, что душа ушла в пятки.

А мне только сейчас в голову пришла мысль: «А почему это в дамскую комнату еще никто не ломится?» Вряд ли мне одной приспичило ей воспользоваться.

— Шан-та-аль, — протянул Лоран, и это прозвучало как приговор.

— Не надо, — прошептала я, сама не понимая, чего испугалась.

Ведь знала, что хозяин теней не причинит мне вреда. Но его взгляд… От него внутри рождалось что-то странное, запретное.

Лоран моргнул, словно в попытке очнуться, и отстранился, хоть и продолжал сжимать мои плечи. Взгляд тоже изменился, теперь в его глазах плескались злость, отчаяние и почему-то горечь.

— Дурочка, — едва слышно прошептали его губы.

А потом тьма утянула меня вслед за ним.

Кажется, я уже начала привыкать к такого рода перемещениям. По крайней мере, тошноты, сведенных от боли мышц и других не слишком приятных ощущений оно у меня не вызывало.

Я вновь очутилась на диванчике. На том самом, куда буквально вчера меня точно таким же способом притащил хозяин теней. Ситуация повторялась. Разве что комната находилась не в разрушенном состоянии, вокруг не валялись куски штукатурки и другие разбитые предметы интерьера. А так один в один. Даже взгляд застывшего напротив меня Лорана точно так же выражал крайнюю степень бешенства.