Преувеличил немного, — ретируюсь я, сбрасываю кроссовки, быстро снимаю куртку и шагаю к ней. Отступает. Два шага и упирается спиной в стену. — Попалась, валькирия моя!

Упираю руки в стену по обе стороны от её головы, всматриваюсь в красивое личико. Жаль, с поцелуями в ближайшую неделю совсем никак… Но я знаю и другие способы порадовать мою красавицу!

— Если ты мне не объяснишь, зачем ты дерешься, я… я…

— Ну, давай! Озвучь свою страшную угрозу! Напугай меня!

— Я буду спать с Аликом!

— Напугала. Да-а-а. Окей. Скажу. Я кто?

— Антон Радулов?

— Это понятно. Кто по профессии?

— Тренер?

— Тренер. Спортсмен. Боксёр. Мастер спорта по смешанным единоборствам, по боксу…

— Это ты сейчас хочешь, чтобы я от восхищения упала к твоим ногам?

— Было бы здорово! А ты можешь? — показываю ей взглядом на ширинку — чего зря-то падать, можно сразу с пользой!

— Ах, ты! — кулаком впечатывает в грудь, потом почему-то глаза её наполняются слезами и Агния начинает причитать. — Прости! Прости! Тебе и так больно, а тут еще я! Я не хотела!

Холодные пальчики ложатся на мои щеки, осторожно поглаживают нетронутые в бою участки кожи. Обнимает, лицом утыкается в мою грудь. Хорошо! Вот так бы всегда встречала! Это нужно озвучить!

— Встречай меня так всегда! Договорились? — глажу по волосам, втягиваю носом её запах — как же хорошо!

— Только если ты прекратишь драться!

— Агния!

Прижимается крепче и говорит, касаясь губами моей кожи у ворота футболки:

— Я волнуюсь, Антон! Я не хочу, чтобы с тобой так, как с Захаром случилось! Но Свят говорит, что Захар дрался потому, что у него карьера, потому что развиваться нужно, дальше идти. А тебе зачем это? Тебе же поздно уже карьеру в боксе делать?

И я, конечно, могу сейчас свинтить на тему возраста. Но, во-первых, мусолить решенное и обговоренное не в моих правилах, а во-вторых, врать как-то неправильно, что ли…

— Я ж сказал, малыш, дело не в карьере. Дело в том, что мне нужны деньги. Много-много денег. Куча просто. За бои платят. За победу платят еще больше. Ты, кстати, можешь гордиться, твой воин сегодня был круче всех…

Но она не ведется на мое хвастовство. Почему-то отстраняется и смотрит… странно. Словно только сейчас услышала о том, что в запрещенных боях есть тотализатор. Смешная! Мелкая совсем. Откуда ей знать прозу жизни…

— Деньги? Тебе деньги нужны всего лишь? Только деньги и всё?

— Что за вопросы такие у тебя странные? — подхватываю на руки — ибо не фиг время зря терять! У меня, между прочим, адреналин в крови и я знаю отличный способ пустить его в дело. — Не то чтобы я бабки так уж любил… Жизнь так складывается…

Не сопротивляется, обнимает за шею, губами по коже водит. И это отвлекает, конечно. Но раз уж решил правду говорить, нужно довести это дело до конца.

— Там Захару счет выставили из клиники.