Разве что у Кэла Таггарта, который все-таки женился на своей избраннице, родился второй ребенок…

— Дети – это прекрасно, — промолвила я, услышав об этом, и улыбнулась, скрывая боль.

А той же ночью, не потревожив Росса, ко мне пришла Фиона Лорье – впервые за семь лет. И хотя она все так же источала холод, а ее глаза светились пугающе, она сказала:

— К добру.

Когда стало понятно, что я снова беременна, несмотря на принятие мер, мало у кого это вызвало радость. Наоборот, Росс и Иннис не могли скрыть беспокойства, а свекровь постоянно напоминала мне, чтобы я поменьше ходила и побольше молилась.

День за день, месяц за месяцем ничего плохого не случалось, если не считать ужасной тошноты поначалу, и чем больше становился мой живот, тем больше надежды я замечала в глазах мужа и подруги. В положенный срок я родила ребенка… и сразу, мгновенно забылись боль и слезы прежних утрат.

— Астрид, — услышала я и открыла глаза; Росс склонился надо мной и поцеловал в губы. — Мы дождались своего чуда….

— Дождались, — слабо произнесла я.

Чудо завопило, и я услышала смех Иннис:

— Ишь, какая горластая! А волосики темненькие.

Возьмите, граф, и дайте матери. Надо обязательно приложить дитя к груди.

Росс взял малышку и аккуратно опустил на мою грудь. Взглянув в красное, возмущенное личико новорожденной дочери, я произнесла дрожащим голосом:

— Ну, здравствуй, Фиона Бринмор."