Кажется, с весны она еще толще стала, и домотканое платье так и трещит на ней – хотя разве это серое тряпье может называться платьем? То ли дело гладкие, изысканных цветов шелка знатных дам… А их невероятные прически? Астрид же всегда заплетает свои белесые волосы в косичку и перехватывает, чем придется, хотя Тейг как-то подарил ей несколько красивых лент для волос.

— Сядь-ка.

Астрид села рядом с мужем за столом; сердце ее забилось быстро-быстро. Тейг приехал за ней – в этот раз точно! Вон как смотрит на нее!

Тейг и в самом деле глядел в круглое, лоснящееся лицо жены. С тех пор, как померла ее бабка, у нее не осталось кровных родичей, точнее, затерялись где-то в далекой Лютэве.

Бросить ее – что выгнать больную собаку: животина бесполезная, а жаль. Но и себя жаль: не тащить же ее в свою новую жизнь?

Не привыкший ни с кем церемониться Тейг сразу рубанул правду:

— Я хочу развестись.

Астрид не поняла, и ее лицо приняло недоуменное выражение.

— Говорил намедни со жрецом из Кивернесса, и он дал согласие на развод, — продолжил Тейг. — Только надо, чтобы и отец разрешил. Так заведено – без главы рода нельзя развестись.

Астрид все еще не могла понять, о чем говорит муж.

— Тейг, — жалобно протянула она, — я что-то никак в толк не возьму, о чем ты…

— Разойтись нам надо. И не просто, а на бумаге, как положено.

Разойтись? Но никто никогда не расходится, только короли и каэры могут, если у них нет детей! И тут Астрид осознала: все дело в детях. В браке с Тейгом она беременела трижды, но каждый раз дело кончалось выкидышем; муж сказал, что ей надо поберечься, раз такая хилая, а потом в стражу принца попал, так что детям просто не откуда было взяться в последние годы. Не ветром же надует, раз мужа дома нет?

— Ты не думай, что я больная, — быстро проговорила Астрид, — я к знахарке ходила, и она сказала, все у меня как надо, и крови каждый месяц идут.

Я молодая еще, и могу родить.

Тейг поморщился при упоминании «кровей» и ответил:

— Я не могу рисковать.

— Я рожу! Я смогу!

— И как ты это сделаешь? — уточнил Тейг и сложил руки на мощной груди.

— Возьму у знахарки травы какие-нибудь!

— Никакие травы не помогут, Астрид, потому что я тебя не хочу, — припечатал муж и добавил безжалостно: — Да и раньше не хотел. Это отец велел мне на тебе жениться, и я не мог тогда ему возражать, потому что был никем.

Теперь – другое дело, я человек значительный, и жена мне нужна другая.

— Какая? — вымолвила едва слышно Астрид. — Чем же я плоха?"

"— Сама подумай: как я тебя принцу представлю? Что он скажет? Да меня на смех поднимут.

— Потому что я толстая? Так я похудею! Стану тростинкой! Я на все готова, ты только скажи!

— И поумнеешь? — ядовито уточнил Тейг. — Станешь изящной и остроумной? Томной и загадочной? Нет, как бы ты ни старалась, не сможешь стать каэриной.