Гуров мог бы всесторонне прокомментировать «личное мнение», но не стал этого делать. Еще из такси он увидел толпу соседей, теснящуюся около ворот Петровны, и его охватило недоброе предчувствие. Он поторопил таксиста, на ходу сунул ему деньги и выскочил из машины. Колядкин, нахмуренный и встревоженный, побежал за ним следом.

С соседями Гурову говорить не пришлось. Он вдруг увидел, как со двора выходит участковый Кружков и сердито кричит на толпу:

– Все, которые просто из любопытства, валите-ка отсюда! И без вас голова кругом идет! Слышали, что я сказал! Ничего тут интересного нету, а мне бригаду вызывать надо!.. А, вы здесь, товарищ полковник? Вы тоже уже слышали?

– Что я слышал? – выпалил Гуров, едва удерживаясь от того, чтобы не схватить участкового за грудки. – Что тут еще случилось? Он вернулся?

Кружков, невольно подавшись назад, ответил с удивлением:"

"– Кто вернулся? Не знаю, вроде никто не возвращался. Просто я только с делами разделался и к себе зашел, бумаги кое-какие взять, – а тут звонок – срочно вызывают, сигнал поступил. Одним словом, соседка пошла к Петровне проведать. Они тут после смерти Константина по очереди к ней все ходили. Ну, как говорится, соболезнование выражали. Нужно оно ей или нет, это другой вопрос. А тут, короче, соседка зашла, а Петровна лежит в сенях и уже не дышит. Эта в крик, соседей звать, в милицию звонить, в «Скорую»... Одним словом, вот такие дела, товарищ полковник. Не на много она племянника пережила. Но, судя по всему, ничего криминального – видимых следов нет. Скорее всего, сердце прихватило.

– Не похожа она на сердечницу! – сказал Гуров, оглядываясь по сторонам. – Я тебе вот что скажу – посторонних гнать отсюда нужно, и бригаду следственную вызывать. Тут очередным убийством пахнет...

– Лев Иванович! – негромко, но с упреком сказал Колядкин. – Мы же не в Москве. Вы сказали – с вас взятки гладки, а старлею нагорит. Если по каждой старушке следственную бригаду вызывать, у нас никаких бригад не хватит... И побойтесь бога, откуда здесь убийство! Участковый же говорит – никаких видимых следов.

– Значит, нужно искать невидимые! – с раздражением бросил Гуров. – Вскрытие поскорее произвести, причины смерти установить. Ну-ка, позвольте...

Он отстранил Кружкова и решительным шагом двинулся к сараю. В груди у него будто лежал холодный камень. Недоброе предчувствие превратилось почти в уверенность.

– А вы разве на тело посмотреть не хотите? – с недоумением крикнул ему вслед Кружков.

Гуров отмахнулся.

– Никого не пускать! – властно распорядился он.