– Как ты?
Сирена скорчилась в углу, закутавшись в плащ.
– Никак не могу справиться с ознобом, – с трудом выговорила она, стуча зубами.
Трейгер осторожно притянул ее к себе, стараясь согреть своим теплом.
– Отдохни, Сирена. Все кончено. Без чьей-либо помощи ты сделала то, что задумала. Отомстила за смерть отца и восстановила свое доброе имя.
– Без тебя ничего бы не вышло. Если бы не ты, Брендон мог… – Она зажмурила глаза, борясь со слезами.
– Не сомневаюсь, что, не явись я по твоему приглашению, ты отлично справилась бы и без меня, – холодно заверил ее Трейгер.
Сирена отрицательно покачала головой, понемногу успокаиваясь в кольце его сильных и надежных рук.
– Нет, Трейгер. Спасибо тебе. Ты спас мне жизнь.
– Тогда мы на равных. Ты тоже спасла меня.
Счастливая улыбка озарила лицо Сирены, напряжение оставило ее, и, доверчиво прислонившись к Трейгеру, она заснула, уверенная, что в объятиях мужа ей ничто не грозит. Он откинул темную вуаль, снял седой парик, и медово-золотистые волосы свободно рассыпались по ее плечам. С едва заметной улыбкой Трейгер смотрел на Сирену: на шее остались следы коготков Оливии, на щеках синяки, полученные в схватке с Брендоном. Измученная и истерзанная, Сирена тем не менее оставалась самой красивой женщиной, какую он когда-либо видел.
Трейгер запрокинул голову и уставился в потолок, стараясь не поддаваться обаянию обворожительной плутовки. Он напомнил себе, что Сирена изменила ему с Роджером. Жена обманывала его с той же легкостью, с какой лгала генералу Хау, выдавая себя за собственную бабку. Трейгер отчаянно взывал к своей гордости, полный решимости не позволить слабости, которую питал к этой прелестнице, разрушить его жизнь.
Все, с кем пересекался путь Сирены, печально кончали, тогда как сама она казалась неистребимой. Ничто не могло заставить ее свернуть с намеченного курса, она пускалась на любые хитрости и добивалась своего. Такой сильной и независимой женщине он не нужен. Никогда не был нужен, и будет лучше, если каждый из них пойдет своим путем.
Под скрип колес Трейгер незаметно задремал и, не ведая того, прижался к Сирене. В сновидении лицо ее парило над ним, нежный голос манил. Среди пушечных залпов и штормовых волн Трейгер тянулся к ее протянутой руке, изнывая от желания заключить любимую русалку в объятия и раствориться в дурмане ее поцелуев.
Когда рассвет просочился в окна кареты, Сирена открыла глаза и встретила устремленный на нее взгляд Трейгера. В стальных глазах по-прежнему светилось недоверие. Что ж, пришло время признать, что она потеряла его любовь. Трейгер убедил себя, что был предан женой, и он слишком упрям, чтобы прислушаться к ее доводам. Если она хочет выжить, придется научиться жить одной и забыть о прошлом навсегда.
