– Ох, какая вы праведница, – Халли мерила меня саркастическим взглядом, а после начинала доводить обитателей госпиталя своими грубыми шутками и остротами. Доставалось от нее и Ойзенбергу. Лекарь предпочитал обходить женщину с кокетливыми усиками по широкой дуге, молясь, чтобы я скорее ее выписала.

В госпиталь безостановочно поступали пациенты и беременные женщины. Не все было так гладко, как я себе напредставляла, но мы справлялись. Надо сказать, что мне очень повезло с командой. Вот прям очень. А пока предстояло подумать, как мы будем представлять наш доклад.

Я была безумно благодарна нейту Лейну за то, что поверил словам практиканта и сразу поднял тревогу. Благодаря его расторопности оповестить Норвина о случившемся получилось так быстро. Лейн был в шоке, когда узнал, что за козни творит соседнее королевство, а они ни сном ни духом. Кстати, расследование показало, что остальные члены комиссии, в том числе противный нейт Льялль, не имеют отношения к заговору.

А сейчас работа предстояла нешуточная. Мы встречались с Лейном и Брайтеном, обсуждали тезисы, рисовали таблицы и схемы. После моего ухода нейт Лейн самолично следил за гигиеной в старом госпитале, запрещая лекарям и практикантам посещать рожениц и больных сразу после секционной.

Каждому предписывалось стричь ногти под корень и чистить их специальной лопаточкой, сдавать форму в прачечную через день или после каждой операции, всегда иметь при себе перчатки, а при походе на дом носить бутылку спирта для обработки рук. Лекарь отмечал, что с таким подходом частота родовой горячки, как и нагноение ран, снижались в несколько раз.

– Нейт Лейн, – обратилась я к нему после очередного нашего заседания и смущенно откашлялась.

Лекарь уже знал, когда я говорю таким тоном, то мне от него что-то надо.

Лейн занервничал и насторожился.

– Что такое?

– Помните ту акушерку, Сайли, с которой я вас познакомила на открытии госпиталя благой Валиры?

Он нахмурил брови, раздумывая.

– Вроде помню. А что?

– Она хотела прийти к вам на консультацию. Можно?

Было неловко это говорить, но Сайли уж очень просила. Наверное, ее личный купидон страдал косоглазием, когда целился в сердечко женщины. Иначе как объяснить эти охи-вздохи по Лейну? Хоть он не был старым и страшным, но вечно недовольное, собранное и ворчливое выражение лица заставляли нормальных женщин держаться от него подальше.

Но ведь когда-то я думала о том, что главе гильдии не мешает влюбиться. Может, Сайли и будет той, кто размочит этот черствый сухарик в горячем чае своего внимания и нежности?

– Только деньги с нее не берите. Свои как-никак, – я дернула бровями, а скряга Лейн испустил тяжкий вздох.

– Ну ладно. Так и быть. Пусть ваша Сайли приходит.