В высшем свете любовь не является решающим фактором при заключении брака.

Слушая искренний голос Беллы, Джорджиана мысленно вела с самой собой спор о том, не рассказать ли ей правду. Но эта идея вовсе не приводила ее в восторг. Тогда она решила попробовать другую тактику:

– Видишь ли, дорогая Белла, я не мужа себе искать в Лондон приехала. Тем более мужа в среде аристократов. Не уверена, что это вообще мне подойдет.

Белла в ответ совсем неизящно фыркнула.

– Не искать мужа? Чем же в таком случае ты намерена себя занять? Только не говори, что все еще лелеешь надежду сделаться компаньонкой какой-нибудь пожилой леди. Даже не пытайся убедить меня в том, что такая участь тебе предпочтительнее, чем стать женой милого заботливого джентльмена, который подарит тебе все, что твоей душе угодно.

Джорджиана усмехнулась в темноте. В действительности она уже стала компаньонкой самой Беллы, которая вовсе не являлась престарелой дамой. А вот хотелось бы ей, в самом деле, выйти замуж за некоего джентльмена, чтобы жить в комфорте и достатке? Джорджиана вздохнула:

– Ты так прямо говоришь об этом.

– Потому что так и есть. Сначала нужно решиться, а потом, когда подвернется подходящий мужчина, ответить «да» вместо «нет».

Джорджиана устало усмехнулась:

– Что ж, обещаю как следует подумать, если встречу подходящего мужчину.

Белла мудро воздержалась от дальнейшего развития этой темы, надеясь, что ей хотя бы удалось заставить свою заблудшую protégée всерьез задуматься о браке с аристократом. Белла была решительно настроена найти для своей Джорджи хорошую партию. Эта девушка привлекательна, что гораздо предпочтительнее, чем если бы она была красавицей. И джентльменам она нравится. Подтверждением тому стали три предложения за две недели. Белла возлагала большие надежды на мистера Хейвлока, но Джорджи отказала ему и глазом не моргнув. Теперь Белле оставалось лишь уповать на то, что неуловимый «подходящий мужчина» появится в жизни ее protégée прежде, чем за ней закрепится репутация чрезмерно разборчивой особы, которой непросто угодить.

Сойдя с уединенной тропинки, Джорджиана шагала через лужайку под руку с лордом Эллсмером к его ожидающему на подъездной аллее фаэтону. Легкий бриз остужал ее пылающие щеки. Она незаметно огляделась по сторонам, чтобы понять, не стала ли их пара объектом любопытства прохожих, потом с опаской посмотрела в красивое лицо его светлости. Перехватив ее взгляд, он печально улыбнулся ей:

– Прошу простить, дорогая моя, за свои действия, которые вы могли счесть неподобающими. Не стоит забывать о моих… сильных чувствах по данному вопросу.

Впервые с дебютного вечера в «Олмаке», с которого минуло уже три недели, Джорджиана пребывала в растерянности.