Иногда это оставляло его на несколько недель, даже месяцев. Особенно зимой. Случалось, Попов даже забывал о том, что в нем живет зверь.
Но наступала весна, и зверь снова просыпался. Сначала Попов просто чувствовал дискомфорт, как будто ботинки стали натирать. Что-то мешало жить:
С каждым днем это чувство усиливалось, пока не становилось невыносимым.
И тогда он выходил на охоту.
В этом году он долго не мог успокоиться. Обычно к октябрю зверь засыпал, но этой осенью он никак не хотел угомониться. Несколько дней Санька пытался перебороть себя. Ничего не получалось.
Зверь требовал новых жертв. Ему было мало изнасилованных и задушенных, хотелось всего по полной программе.
В ту ночь Саньке приснилась Зоя Парфененко. Сон был настолько реальным, что он проснулся с ощущением того, что все повторилось.
В тот же день он нашел железнодорожный ключ – тот самый, который принадлежал еще Зое, взял портфель, надел очки в толстой оправе и отправился на Ладожский вокзал. Ему повезло – на Школьной в последний вагон села девушка. Он мигом почуял в ней жертву. По опыту он знал, что на контакт легче всего идут женщины легкого поведения или те, у кого в личной жизни возникли серьезные проблемы.
Теперь, увидев, как девушка в черной шапочке потерянно смотрит в темное окно, он сразу понял – это она. Его женщина.
А на следующий день случилось то, чего он больше всего боялся. Он попал на место собственного преступления. Было тяжело, но он вынес этот кошмар.
Удовлетворенный зверь спал, и Попов дал себе слово, что сделает все, чтобы задушить его в себе.
Как будто для того, чтобы добить его окончательно, судьба заставила его присутствовать на опознании собственной жертвы.
А еще через день, мучась от жуткого похмелья, принял решение: если зверь проснется снова – он лучше убьет себя.
Вот тогда-то он и встретил Штопку. Это была чистой воды случайность. Но такая, которая кажется закономерностью или нарочно подстроенным чудом. Он сидел в вагоне метро и, уставившись в пол, думал свои мысли.
Она узнала его и приветливо улыбнулась. Он предложил проводить ее. Потом они долго сидели на кухне под плетеным абажуром и болтали о разном. Очень давно Попову не было так легко. И показалось, что зверь внутри не просто заснул, а исчез, покинул его.





