А так — сперва школа, пять уроков, потом — поездка на рынок и разговор с валютчиком насчет адвокатов, параллельно — звонок бабушке, чтобы позвала к телефону Каналью, вдруг у него есть адвокаты, которые припугнут Жунько одним фактом своего присутствия в ее кабинете, да за небольшие деньги.

Затем — собственно сделка, переселение сирот… Куда втиснуть тренировку?! Или перенести переселение на субботу? Нет, нельзя, у меня в выходные торговля. Скорее тренировку придется переносить. Как говорят в будущем, ОМГ.

В общем, на наше место встречи под шелковицу я пришел с чугунной головой. Там ждали новички нашего клана, Кабанов с Памфиловым, и аж пританцовывали от нетерпения — видимо, что-то хотели сказать. Вскоре подтянулись Илья с Яном, потом — Димоны и, что удивительно, Тимофей, печально всматривающийся вдаль. Последними подошли Гаечка, Алиса и Каюк.

— А где Наташа? — спросил Тимофей.

— Со своей компанией, — ответил я и решил не давать ему напрасных надежд: — Или с кавалером.

Тим потух, а Кабанов отчитался:

— Короче, мы решили съехать в общагу в Николаевке. Там обе комнаты огромные.

— Правильное решение, — одобрил я, вспомнив, что в будущем владельцы эти комнаты приватизируют, проведут туда свет-воду, оформят как студии и будут сдавать отдыхающим за дурные деньги, а общага станет напоминать скорее отель, чем бичевник.

— А еще я видел, — забормотал Памфилов, — Афоня в школу пришел, падла! Прикиньте, как ни в чем не бывало!

Алиса сжала челюсти и прошипела:

— Я ему сама яйца отрежу! Урод, блин. — Помолчав немного, она его передразнила: — Ну что тебе терять, не ломайся, ну давай, задирай юбку. Тьфу!

— Вот урод! — воскликнул Рамиль. — Убью гад!

— Тш-ш! — вскинул руки я. — Давайте вы пообещаете, что на территории школы чудить не будете?

— Чего это?! — вызверился Рамиль.

— Того, что у дрэка проблемы из-за той нашей разборки, и его пытаются сместить. А если сместят, на его место поставят Джусь, отчего все нормальные учителя разбегутся, да и нам будет невесело. Хитростью действовать надо. Ну или после уроков поймать Афоню и нахлобучить. Раз, другой, третий, потом сам из школы свалит. Кстати, Дорик есть?

— Дорофеева не видел, — ответил Памфилов и захлопнул рот, указывая на дорогу.

По тротуару в школу как ни в чем не бывало шли Дорик и Афоня. Рамиль рванул к ним, остановился на другой стороне дороги и заорал:

— Ку-ка-ре-ку-у-у! Доброе утро пэтухам!

Малышня остановилась и захихикала, не понимая, кого ругают, Рамиль повторил:

— Дорик и Афоня — петухи! Пусть все знают! Опущенные твари!

Афоня остановился и зыркнул на Рама, но Дорик схватил его за руку, увел. Вот уж кто заслужил травлю, так это они. Рам, стоя там же, ударил кулаком о кулак.

— Руки так и чешутся!

— На обратном пути подкараулим, — сказал я громко, чтобы они услышали.