Или самому приготовить. А дом кто-нибудь из клининговой фирмы уберёт.
— До вечера... Целую...
— И я тебя."
"Ааа, хочу домой, к ней, в постельку и секс, а не вот это всё...
Закончилась Шолохов твоя тихая беззаботная жизнь.
В кабинет заглядывает руководитель отдела маркетинга.
— Нам здесь собираться или в переговорной? — как-то по хамски произносит.
— В переговорной! — вкладываю в ответ всю свою серьёзность.
Хотя в душе я трусливый трясущийся заяц.
Они здесь по нескольку лет работают, знают всё. А я? Две недели с отцом планировку завода изучал и как производство работает. Не густо. Раньше я вообще не вникал во всё это, мимо ушей пропускал. Делал вид. Тусовки интересней были.
В конференц-зал как на плаху. Смотрят на меня, лыбятся. Ещё бы! Сопляк у руководства целой компании! Но если отец назначил, значит, — верил в меня.
— Думаю, представляться не стоит, все меня знают, — кивают. — Временно я вступаю на пост главы, пока отец не выздоровеет...
— А если не поправится? — ляпнул кто-то из присутствующих.
— Поправится. А за такие вопросы кто-то может выйти прямо сейчас отсюда безработным. Всем понятно?
Больше не хрюкают.
— Через три дня жду от всех отчёты по работе их отдела за последний квартал.
Начался гул: оправдания, не успеем, рано ещё по плану.
— Я сказал — через три дня! — жёстко.
Буду через цифры разбираться. С ними у меня всегда хорошо было.
— Вопросы?
— Кто будет подписывать все документы?
— Я. У меня все права.
— А как с поставщиками разбираться будем? Они опять с тарой тянут.
— Зайдите после. Разберёмся...
— С кормами что?
— Это я у вас должен спросить, вы за это отвечаете, — наезжаю на управляющего.
— Отец ваш лично контролировал...
— У отца время было. У меня его пока нет. Мне со всем сразу разбираться придётся. Фермерские хозяйства больше не поставляют зеленку и зерно?
— Артачатся. Просят больше денег.
— Платим столько, сколько прописано в контракте. Так и скажите. По истечении будем разговаривать о повышении. Начнут выпендриваться — натравите на них наших юристов.
Смотрят, лупают глазками.
— Всё? — осматриваю их.
Взгляд скользит по Яне. Сидит тихоня тихоней. Только по краю лацканов жакета поглаживает, обозначая своё декольте. И улыбается хищно, слегка прикусывая нижнюю губу.
Не прокатит, милочка. Я без пяти минут женат.
— Тогда все свободны, — направляюсь на выход.
В кабинете утопаю в кресле, стоящем в углу возле кожаного дивана. Откидываю голову на спинку и закрываю глаза.
Вроде нормально всё прошло. По крайней мере, показал кто в доме хозяин. А дальше как-нибудь разберёмся.
— Обедать будете, Роман Эминович? — заглядывает в кабинет секретарша.
Отец на работе организовал столовую для сотрудников.
