– Но это большое стеариновое пятно не от его свечи: здесь белый стеарин, тогда как свеча мсье Лоуренса, которая все еще стоит на туалетном столике, розового цвета. И вообще, в комнате миссис Инглторп нет свечей, только настольная лампа.

– В таком случае к какому выводу вы пришли? – полюбопытствовал я.

На это мой друг ответил лишь раздраженным замечанием, предлагая мне подумать самому.

– А шестая находка? – напомнил я. – Наверное, образец какао?

– Нет, – задумчиво отозвался Пуаро. – Я мог бы включить его в шестую, но не стану. Нет, шестую находку я пока подержу при себе. – Он быстро оглядел комнату. – Думаю, здесь нам больше нечего делать, разве что… – Он задумчиво уставился на остывший пепел в камине. – Огонь горит и разрушает. Но случайно… может быть… Давайте посмотрим! – Опустившись на колени, Пуаро стал проворно разгребать пепел, с величайшей осторожностью перекладывая на каминную решетку какие-то недогоревшие кусочки, и вдруг тихо воскликнул: – Пинцет, Гастингс!

Я быстро подал ему пинцет, и он ловко вытащил из пепла маленький клочок полуобгорелой бумаги.

– Вот, mon ami! – закричал детектив. – Что вы об этом думаете?

Я внимательно рассмотрел найденный фрагмент. Вот его репродукция:

[11]

Я был озадачен. Бумага была необычно плотная, совершенно не похожая на почтовую. Неожиданно меня осенило.

– Пуаро! – закричал я. – Это же фрагмент завещания!

– Совершенно верно.

Я быстро взглянул на него:

– Вы не удивлены?

– Нет, – мрачно ответил он. – Даже ожидал этого.

Я вернул ему кусочек бумаги и пронаблюдал, как Пуаро спрятал его в свой чемоданчик с той же методичной осторожностью, с какой делал все. Голова моя пошла кругом. Что за осложнение с завещанием? Кто его уничтожил? Тот, кто оставил стеариновое пятно на полу? Очевидно… Но как он сюда проник? Все двери были закрыты изнутри.

– Теперь, друг мой, – быстро проговорил Пуаро, – пойдемте! Я хочу задать несколько вопросов горничной… Ее зовут Доркас, не так ли?

Мы прошли через комнату Алфреда Инглторпа, и Пуаро задержался в ней достаточно долго, сделав довольно-таки исчерпывающий осмотр. Потом мы вышли, заперев за собой дверь, как и в комнате миссис Инглторп.

Я проводил Пуаро вниз, в будуар, который он изъявил желание осмотреть, а сам отправился на поиски Доркас.

Однако, когда я вернулся, будуар оказался пуст.

– Пуаро! – позвал я. – Где вы?

– Я здесь, друг мой!

Через французское окно он вышел из комнаты и стоял, любуясь цветочными клумбами.

– Восхитительно! – бормотал Пуаро. – Восхитительно! Какая симметрия! Обратите внимание на этот полумесяц или на те ромбы… Их аккуратность радует глаз! Подбор растений превосходный! Их посадили недавно, не так ли?

– Да, по-моему, их сажали вчера после полудня. Да входите же! Доркас уже здесь.