– Но, возможно, найдется мудрый совет?
– Совет… советы – дело такое… С одной стороны, ни к чему не обязывающее, а с другой – очень даже дорогое для того, кто алчет знаний или истины. На что готова ты, королева Неблагого Двора, ради совета?
– На многое, – сдержанно отозвалась я, хотя хотелось орать, что ради остановки кровопролития я, разумеется, готова на все.
– Говорю же – умненькая, – довольно захихикал Ясень. – Раньше людишки были глупее, уж не в укор тебе, Элеонора Мак-Ринон.
– Раньше и деревья молчали, – не удержалась от ответа я.
– Уверена? – ехидно спросил Ясень. – Раньше-то они как раз говорили куда больше и чаще… Да, чего-чего, а знаний тебе не хватает точно. Но вернемся к твоему вопросу. – В глазах Древа вновь полыхнули алчные огоньки, а огромное лицо на стволе словно стало четче. – Что ты отдашь за совет?
Если честно я даже не представляла, что можно посулить такой сущности в таких условиях. И, как назло, сколько ни тянулась сознанием к Неблагому Двору, тот молчал. То ли снова учил “птенцов летать”, то ли я действительно должна была решить это сама. Заплатить сама. Согласиться на цену сама. И озвучить, видимо, тоже.
– Молчишь, королева… Могу подсказать, – в голосе Ясеня появились бархатистые и вкрадчивые нотки. – Как насчет того, чтобы отдать мне своего первенца?
– Первенца? – повторила я, ощущая, как из глубины души поднимается хорошо знакомое чувство.
Злость."
"– Ну да! – Судя по оживленному голосу, Ясеню очень нравилась такая цена. – Я даже в целом согласен на первую девочку, наследника, так и быть, можете оставить себе. А принцессу – мне. Все равно их девать некуда особо, только замуж. И то – бывает, что на здоровых вроде бы кустарниках вырастают такие кривые ветки! Хоть Эриу вспомнить…
Девать некуда?! Кривые ветки?! Ребенка тебе, старый пень?!
Я ощутила, как ко мне стягиваются тени – из-под каждого куста и дерева в этом лесу. Холод из каждого подземного источника. Сумрак из каждого дупла и расщелины. Тени мраком вились по траве, подбираясь ко мне все ближе и ближе…
По этому мраку пробегали искры, которые медленно, но верно становились языками синего пламени, вздымаясь все ярче и ярче одновременно с моей яростью.
– Дочку, значит, – зловеще повторила я, сжимая кулаки. – Девочку. Принцессочку. Мою.
– Эй, ты чего… А ну убери огонь! – обеспокоился Ясень, и земля под нами зашевелилась, словно он пытался подтянуть корни поближе к себе. Подальше от пламени.
– Бесполезную девочку – и тебе. Да ты совсем уже тут одряхлел и поганками покрылся?! – вдруг заорала я так, что сама вздрогнула. Не ожидала от себя такого. – Война идет в стране! Война! А ему девочку! Покушать младенчиков захотел!
– Да зачем мне ее есть, ненормальная?! – взвыл Ясень.
