А у другого – вы только подумайте! – и вовсе копыта вместо приличных ботинок!
И все время, постоянно слышала звон колокольчиков…
Неудивительно, что к концу торжества эта несчастная женщина, даже в детстве никогда не верившая в сказки, со вздохом решила сходить к своему психотерапевту.
Напрасно! Конечно, высших фейри на свадьбе было всего-то шестеро, считая жениха и невесту. Зато низшие, хоть и явились без приглашения, веселились на полную катушку!
* * *Наверное, именно сегодня, став женой моего короля и в человеческом мире, я окончательно осознала, что больше не являюсь его пряхой.
Я свободна! Ну если не считать королевских обязанностей, но ведь это совсем другое, правда?
– Кажется, я сумела очаровать твоих подруг! – радостно сказала Беата О’Рейли, отвлекая меня от этих мыслей. – Ну, очень на это надеюсь…
Все гости уже разошлись, и мы с мужем провожали четверку высших фейри. Низшие, лишившись источника развлечения в виде толпы людей, тоже наконец куда-то сгинули. По-моему не без участия моего короля…
– Пустяки, Беа, – отмахнулась я. – Переживут! Я же сказала: свидетельницей на моей здешней свадьбе можешь быть только ты.
Рыжая художница, жена повелителя Ирландии и территорий, соответствующих ей в волшебной стране, пожала плечами.
– Каприз Темной королевы – закон для ее подданных!
– И даже для меня! – галантно подтвердил Оберон.
– Очаровательное было зрелище! – мечтательно заявил лорд Элвенрой. – То, что моя жена стала подружкой Темной королевы, я как-то способен понять. Они вообще чем-то похожи, как ты полагаешь, Кэйр? Но вот Благой король в роли шафера Неблагого короля – эт-то да!.. Как жаль, что сей факт не войдет в учебники истории!
– Зато его превратят в легенду, – ухмыльнулся мой муж.
– Да… – задумчиво кивнул Оберон. – Не знаю, почему ты не прогнал со свадьбы низших. К концу вечера они совсем распоясались.
– Не звал и не гнал, – развел руками Кэйр. – Но ведь было весело! Ты мог прогнать сам.
– Ну-у… – протянул его Летнее величество. – Тогда и впрямь было бы не так забавно!
– Элла, – позвала меня Титания. – Я взяла на себя смелость стереть память твоей бабушке.





