Затем прошли мимо выстроенного из светлого камня факультета Целителей, за которым я увидела золоченую, блестящую на вечернем солнце остроконечную крышу часовни. Какому богу или богам поклонялись в Вестии и Альянсе, спрашивать я не рискнула – незнание этого вопроса невозможно было списать даже на собственную непроходимую дремучесть.

За часовней стояло мрачное пятиэтажное здание Боевой Магии. От него неожиданно повеяло холодом, и я подумала: интересно, все дело в камне, из которого оно построено? Или, быть может, в магии, которой пропитались эти стены? Либо мрачное здание само по себе внушало мне подсознательную тревогу?

Но миновали и его."

"За ним показался полигон – пыльное поле, вытоптанное множеством ног, с черными проплешинами, оставленными боевыми заклинаниями.

На полигоне было оживленно – судя по всему, там проходила тренировка боевых магов. Причем вместе с Всадниками, потому что я заметила Гордона Ларгета со своей группой поддержки.

К этому времени группа порядком разрослась – то ли шестеро, то ли семеро девиц оживленно хлопали при каждой срывавшейся с руки местного красавчика молнии, которую уверенно отражал темноволосый парень в синей мантии боевиков.

Про цвета мантий мне успела рассказать Брун – коричневые носили Всадники, синие – студенты факультета Боевой Магии, а белые – Целители. За магической дуэлью следил преподаватель – взирал на происходящее с непроницаемым лицом.

– Брун, – повернулась я к подруге, – что не так?

Потому что девушка неожиданно застыла.

Сперва мне показалось, что она уставилась на Гордона, и я подумала: ну вот что в нем такого?! Почему все за ним таскаются, и даже Брун проняло?!

Затем поняла, что дочь ярла Торве смотрела на его противника.

Вот и я тоже посмотрела – вполне симпатичный, среднего роста, худощавый и очень подвижный. Будь у меня местные деньги, я бы, пожалуй, в этом бою поставила именно на него.

Правда, денег у меня не водилось, а азартными играми я не увлекалась. Но даже на мой непрофессиональный взгляд боевой маг не оставлял местному красавчику ни единого шанса на победу.

– Я его знаю! – неожиданно произнесла Брун. – Это же Дейнис Хейм, сын героя Второй Наземной.

– Я тоже о нем слышала, – слабым голосом отозвалась Хейди. – Его отец был среди тех пятерых, кто разрушил Алтарь Проклятых.

Брун кивнула, а я закатила глаза.

Алтарь Проклятых?! Прелестно, что тут еще сказать!

– Странно, что Хейм здесь, – добавила Брун.