— Тебе спасибо, что ты мне поверил, — Жас расплывается в улыбке.

— Ага.

Не выпуская Жасмин из рук, говорю, что люблю ее. Но вот ее кто-то окликает, и жена находит подходящий момент, чтобы уйти от ответа.

Я усмехаюсь.

Большего не ждал. Так, для собственного успокоения сказал, чтобы быть уверенным, что поступаю правильно.

Все расходятся по комнатам почти под утро. Рустам с женой и сестра остаются в особняке, они собираются гулять все новогодние праздники. Так даже лучше — будет, кому утешить Жасмин.

Перед сном Жасмин заглядывает в детскую, раздевается и после ложится в постель. Она засыпает моментально. Я пользуюсь тем, что разрешаю няне закончить работу, и провожу все оставшееся время с детьми.

До рассвета были целые часы. Я запомнил их как самые тягучие, медленные часы.

Я запомнил их как проведенные в тяжелых раздумьях.

Когда за окном стало светать, я вернулся в спальню и поцеловал Жасмин. Она не проснулась — лежала на середине кровати в обнимку с подушкой и очень глубоко спала.

Успокоенная моим решением остаться, она весь вечер была самой счастливой из всех.

Чтобы на утро проснуться самой несчастной.

Я тихо собрал чемодан, взял все документы и зашел в родительскую спальню. Отец сразу все понял, набросил халат и проводил до ворот.

— Вот увидишь, так будет лучше, — кивнул Эльдар на прощание.

— Оставь при себе эти словечки, отец. Я вернусь, и не дай Бог к тому времени с головы Жасмин упадет хоть один волосок.

— Понял. Я не обижу ее, ведь ты поступил правильно.

Приехало такси. Я покинул Россию до полудня, когда Жасмин уже проснулась.

Глава 43

Жасмин

— Мне не нужны подруги, ясно? И он мне не нужен. Справлялась раньше сама, справлюсь и сейчас!

Горькое разочарование.

И сильная уязвимость.

Все повторялось изо дня в день с того самого утра, когда он оставил меня. Солгал — ложью заставил меня улыбаться в новогоднюю ночь, а затем уехал.

Даже не поцеловал на прощание.

Наверное.

Я ничего не чувствовала — я крепко спала и, кажется, была даже счастлива. Немного.

А теперь и этого нет!"

"Злобно шмыгнув носом, я выключаю в комнате свет и снова забираюсь на этот чертов стул, чтобы самой выкрутить лампочку.

Потому что я справлюсь сама.

Потому что мне никто не нужен.

Чертова люстра! В этом особняке нет ничего обычного, даже люстра — и та с тысячью лампочек. И много-много хрусталя. Перегорает раз в месяц стабильно, я даже почти приноровилась.

— Я позову Рустама, и он заменит лампочку, — тихо предложила Полина, — в особняке есть рабочий персонал. Можно попросить кого-нибудь, в конце концов.

— Я должна сама! — процедила, стиснув зубы, — я сама. Я это сделаю. Я буду все уметь, и мне никто не нужен.

— Я это поняла. Но, Жасмин, давай будем объективны: сейчас ты не справляешься.