А она, мало того, что, по всей видимости, приняла стащенную из лаборатории сыворотку и теперь не помнит ни черта, ведёт не пойми какой образ жизни, пребывая в непонятном обществе, будучи внешне обычным человеком с ограниченными способностями, так ещё и беременна… хер знает от кого. Нет, не ярость. И сам не понимал, что испытывал по этому поводу. Ничего во мне подобного не осталось. Если злость на весь мир, а также себя в первую очередь — вспыхивала поначалу, ещё когда я только осознал, что Аврора сбежала, не захотев даже толком разобраться в ситуации или выслушать меня, то потом — истаяла, оставив после себя свербящую пустоту, да тонну сожалений и беспросветной тоски.
— Ладно, выныривай из своих грёз, Рязанов, — вернул к реальности голос Верховного.
Не особо-то хотелось, но глаза открыть пришлось. Встречный пристальный взгляд от отца моей пары я проигнорировал. Почти слышал, с каким усердием сейчас крутились шестерёнки в его мозгах, ища нужные ему ответы на все мои последние заявления. Конечно же, посвящать его я не собирался. Неспроста избавился от запаха его дочери ещё по пути сюда. По крайней мере, не в ближайшем будущем он узнает — однозначно. Сейчас же… на Верховном я сосредоточился.
— Давайте уже начнём, — добавил О'Двайер, а следом воцарилась тишина, и он продолжил: — Итак, на прошлых собраниях я сообщал, что в последнее время наметились странные пропажи волчиц-одиночек и некоторых людей, над которыми в прошлом человеческие учёные ставили эксперименты с нашим ДНК. Для чего — тоже пока неизвестно. Есть предположения, что кто-то решил повторить путь Лиама Кларка, — упомянул брата Трея, от действий которого некогда пострадала его собственная пара.
А также пара Кайла…
Алиса.
— И если с привлечением обратно в ряды наших кланов таких волчиц для их дальнейшей безопасности проблем особых нет, то с изменёнными людьми — полно, — развивал тему дальше Верховный. — Они нам не верят, и это не удивительно, если учесть, что ещё недавно многие из нас избавлялись от них при первом же удобном случае, — одарил каждого из нас суровым взором своих чёрных, как смоль, глаз, можно подумать он сам в этом число не входит. — Но нам удаётся. Многие в свете происходящего всё-таки соглашаются с нами сотрудничать. Так что на следующем собрании будет присутствовать представитель от их вида. Просьба держать себя в руках, — сказал, а я вдруг того кобеля вспомнил, что ещё совсем недавно ошивался около моей пары, как отголосок напоминания о том, что держать себя в руках довольно проблематично. — Я понимаю, что это не оборотни, но они уже далеко и не люди. Среди них также есть достойные представители своего рода, пусть и искусственно выведенного, — подытожил.
