- Уже умчался!

Невул с Одинцом отправились собирать оружие и, как тут заведено, снимать все ценное с трупов. Шмотки не брали, только острое железо, доспехи и содержимое кожаных кошелей у кого они имелись при жизни. Из засидки в кустах выволокли два мертвых тела, тоже обобрали. Вооруженные генетическим опытом, подкрепляя свои действия должной сноровкой, парни справились довольно быстро. Рядом с Шибаем выросла кучка снаряжения, в основном старого да поношенного, но и его принялись стаскивать в лодки."

"- Зачем тебе этот чудила? - поинтересовался вышедший из леса Рок, выпихивая вперед себя изможденного свояка Криню. - Он же беспонтовый.

- Когда кончаются все козыри, становишься рад завалящему валету и начинаешь надеяться, что он ляжет в масть. - пояснил я, протягивая Крине кулак с зажатой в нем серебряной мелочью. - Держи, как обещал.

Свистов свояк вспыхнул благодарной, неверящей улыбкой и мгновенно спрятал гонорар в складках одежды.

- Иди, помогай грузиться, - сказал я и повернулся к Року. - Учись завоевывать авторитет, Жеребец. Дешевый, но какой уж есть. К слову сказать, вон те трое гавриков называют меня «батькой».

Сашка поочередно оглядел Одинца и Жилу с Невулом, после чего заинтересовался смыслом столь непривычного обращения одних мужиков к другому, не состоя с ним в родстве. Нахмурив брови, он так и сказал:

- В каком это смысле?

- В таком, что они признали меня своим лидером. Бригадиром, то бишь. Сечешь? Теперь у нас есть своя банда и я тебя с этим фактом поздравляю.

- Банда доходяг? - Рок скривился. - Всех троих одной соплей перешибить.

- Не скажи, братан. Длинный, к примеру, из лука шмаляет лучше всякого Робина Гуда. Мелкий и тощий - проныра, каких поискать. Его я подумываю превратить в своего денщика. Ну а третий - Жила, жила и есть.

- Я ни хрена не понял, но что-то в этом есть.

- То-то же! Я обещал им долю серебра за помощь и обязан проследить, чтобы они его таки получили.

Под истошные крики невесть откуда взявшихся чаек перегруженные лодки шатко отвалились от берега. Я в третий раз в жизни держал в руках весла, Рок, думается мне и вовсе - впервые, но не нашлось никого в нашей разношерстной компании, кто смог бы делать это двумя здоровыми руками. Одинец, Невул и Криня по причине чрезвычайной субтильности отпали сами собой. Пришлось нам с братишкой проявить всю силу и осторожность, дабы не позволить журчащей в каких то десяти сантиметрах ниже кромки бортов воде хлынуть внутрь лодок. К вечеру слабый ветерок совсем успокоился, подарив нам всем мертвый штиль, который терпеть не могут моряки. Высоко задрав колени из за острой нехватки места для полноценного упора, я бережно погружал и не менее бережно вынимал из спокойной, пахнущей тиной воды черные лопасти весел.