"
"Я принесла маленькое зеркальце в ажурной серебряной оправе — тоже привезла из прошлогоднего отпуска, из небольшой лавочки, что встретилась в Фаро.
— Да, годится. И выполняйте чары вызова.
— Да я сейчас уже никаких чар выполнить не смогу, поверьте, — бурчу.
Я, конечно, делала это раньше, но вот почему-то в голове моей многоумной оно не задержалось.
— Верю. Но попробовать нужно. Поэтому — сейчас. Выполняйте, и думайте о ком-нибудь, кого хорошо знаете и можете представить.
Я озадачилась — кого звать-то? А потом дошло — Марьяна же. Первый раз палец дрожал и почти не соприкасался со стеклом, и ничего не вышло. Второй тоже.
Примерно с пятого раза у меня вышло.
— Оля! Ура, Оля! Откликнулась! Ребята, тут Оля вызывает! — радостно засмеялась она, и тут же рядом с ней в зеркале появились Митя Ряхин и Коля Малинин, и Войтек, и кто-то ещё. — А мы тут к завтрашней письменной работе готовимся!
— Здорово, — я выдыхаю и улыбаюсь. — А у меня работа в больнице, на весь день.
— О-о-о, расскажешь потом, хорошо? Только не теряйся, Оля, миленькая!
— Вот-вот, мы уже всякое передумали, потому что — чего не отвечаешь-то? — влез Митя. — Тут даже младший Пуговкин спрашивал, не знаем ли мы, куда ты запропастилась и почему молчишь.
О как. Спрашивал. Ладно, ему я потом отдельно наберу.
Дальше мы шумно прощались, и так мне стало хорошо — будто кто-то подошёл и обнял. Друзья — это сила, верите?
— Я рад, что у вас есть хорошие друзья, которые тоже уже успели о вас побеспокоиться, — говорит Соколовский.
— Так вышло, — пожимаю плечами.
— А теперь ступайте в вашу спальню.
— Зачем?
Он вздыхает.
— Ступайте и слушайте.
Я не понимаю, но повинуюсь, иду и слушаю. И… мне удаётся услышать — где-то на пределе ощущений. Зов, слабый, но несомненный. Да, я этому училась… год назад. Не доучилась, выходит. Я хватаюсь за зеркало, отвечаю чарами, вижу лицо Соколовского.
— Сработало, отлично, — говорит он с улыбкой.
Я возвращаюсь и понимаю, что нужно ещё кое-что спросить.
— А вообще, что горело-то сегодня?
— Горело? — не понимает он.
— Ну вы ж меня явно не просто так целый день пытались вызвать.
— Я пытался узнать, всё ли с вами в порядке, — он смотрит и смеётся. — Горит у меня, надо же. У меня, понимаете ли, не было никого в подчинении, и я ощущаю некоторую ответственность за то, чтобы с вами всё было благополучно. Работы много, а нас мало, и если не будет нас, то кто займётся нашими делами?
Я только вздохнула.
— А сейчас рекомендую вам лечь спать. А завтра увидимся у Брагина. Доброй ночи.
Он поднялся — не так легко, как обычно, но уверенно — и провалился в тени. А я подумала и последовала совету — бросила все чашки-плошки, как есть, и легла спать.
9. Чай, кофе и суровый сыщик
9.
