– Вы правда считаете, что инспектор хоть на секунду поверил бы, что если Алан хотел бы лишить себя жизни, то выбрал бы такой способ? И еще меня за собой потащил? И вас, и миссис Килнер? Я знаю, порой он вел себя беспечно, но он никогда не был таким безрассудным.

– Инспектору просто не выпало счастья с ним познакомится, – сухо ответил я. – А если бы он его знал, то понимал бы, что Ренвик ни за что не пошел бы на самоубийство. И уж точно не в столь неприятных физически обстоятельствах.

– Которые подстроили для него вы. Перед тем, как убили!

– Перед тем, как я его убил? Интересная теория.

– Вы не представляете мои интересы. И мне не нужен адвокат. Я попросила вас прийти, желая рассказать, что знаю. С юридической точки зрения в смерти Алана я не виновата, тем не менее я чувствую моральную ответственность. Мнение общественности мне безразлично, однако сама я простить себя не смогу. Теперь, когда он мертв, жить больше незачем.

– А вам не приходило в голову, что вас могут признать виновной, но не повесить? Иногда люди поддаются эмоциям.

– Способ, которым вы его убили…

– Прекратите нести эту чушь!

– Не переживайте, я больше никому об этом не скажу. Ваш способ убийства настолько мучителен – даже инспектор назвал его чертовски коварным, – что чувства возникнут вполне определенные. Приговор вынесут смертный.

– Или оправдательный. Во-первых, я не понимаю, как докажут, что у вас в принципе был морфий.

На лице миссис Фарли промелькнул интерес.

– Конечно, у меня его не было. А как вы сами его достали?

– Вот! – сказал я. – Вероятно, и в вашей теории есть слабое звено. Как достал? Давайте объясните.

– Какая разница. Как-то достали. Меня не интересует, как вы собираетесь меня защищать.

Я пожал плечами.

– Тогда к чему такая честь, позвольте полюбопытствовать? Зачем эта беседа? Хотите поведать инспектору, как именно я связан с этим делом? После того, что вы уже наговорили, это прозвучит довольно странно.

– Даже не думала. К тому же после такого меня могут не повесить. А я жажду смерти. Что же касается вас, то старое высказывание в кои-то веки подходит идеально. Повесить вас мало. Думаю, вы получили хороший урок и не станете вытворять такое снова. Оставляю это на вашей совести. Вам не позавидуешь: всю оставшуюся жизнь вы будете нести ответственность за две смерти – скромной невиновной женщины и лучшего мужчины на свете.