Наклонившись к Инге, я указал на машину и попросил:
— Сможешь убить водителя так, чтобы машина улетела в Яму?
Инга не ответила, но ствол ее грозного оружия чуть повернулся, девушка выждала несколько секунд, а когда Хурма подпрыгнула на невидимом бугре, когда нос машины чуть сместился в сторону, раздался хлесткий выстрел. А за ним сразу еще один. Сидящие спереди перестали дышать — водитель навалился на руль, тот, кто рядом с ним наоборот безвольно откинулся. Хурма промчалась пятнадцать метров и беззвучно ухнула в Яму.
Прощай Хурматов, покойся в мире вместе со своей мечтой, которую больше не будут лапать чужие жадные руки….
— Спасибо — поблагодарил я — Спасибо.
— Ты меня можешь никогда не благодарить — ответила Инга — Уже дважды ты спас мне жизнь. И не только мне. Битум, когда мы прорвемся — а мы прорвемся! — поехали с нами, а? Кто ты в своем городе? Охотник боящийся всех? Одиночка? Долго ли протянешь? Будешь умирать — ни одна сволочь и воды тебе не подаст. Поехали с нами!
Я лишь улыбнулся в ответ и указал пальцем на бегущего по гребню бархана мужика с двумя уже подожженными коктейлями Молотова в руках.
Выстрел…. Мужика смело за гребень как пушинку.
А затем мы на самом деле прорвались — хотя бы здесь. Зловещая Яма взявшая от нас более чем обильную жертву осталась позади. Отпустила нас. Пресытилась на время? Быть может….
Резко уменьшившаяся колонна уходила вперед, к огромному золотодобывающему заводу, где мы успели уже отметиться. Но теперь, без автобуса что вечно увязал и не был столь проходим как остальная техника, мы сможем чуть отклониться от гибельного пути. Мы пойдем чуть левее, к тому едва виднеющемуся на горизонте плоскогорью. Я там не бывал, но кое-что слыхал — вроде бы именно тем путем пришли к месту постройки будущего города золотодобытчиков первые КрАЗы. Там есть узкая полоса между холмов, достаточно проходимая, бугристая, идущая вверх и вниз, но грузовик и легковая машина смогут преодолеть этот путь. А вот автобус бы не смогу… и вновь я испытал постыдное облегчение.
Но что поделать?
Пока что мне никак нельзя умирать… совсем нельзя….
Сняв с пояса флягу, я подал ее, что-то бормочущему Ильясу, вцепившемуся в мою штанину, похлопал его по плечу, успокаивающе произнес:
— Мы едем домой.
— Мы едем домой — повторил мои слова Косой Ильяс, выдавливая жалобную кривую улыбку.
— Мы едем домой — эхом отозвалась Инга, обнявшая винтовку и безучастно смотрящая вперед.
Остальные промолчали. А я, забрав опустевшую флягу, разжал мертвую хватку проводника и полез в нутро грузовика — сообщать Борису о новом маршруте, ставшем для нас подходящим.
Мы едем домой….
Глава одиннадцатая
Беседы на перекрестке…
Немного за полдень.
Жарящее солнце припекает голову, обжигает шею.
