— Её же убили?! — громко вскрикнула какая-то женщина.

— В аду как раз был санитарный день, котлы от копоти вычищали, мне сказали попозже приходить! Другого то места для меня не предусмотрено! Пришлось обратно вернуться. — с улыбкой до ушей сказала Кира и расхохоталась.

— Север, как я рад тебя видеть. — холодно улыбнулся Кощей гостю.

То, что он придёт отомстить за смерть своей семьи, тоже приходило в голову Юре, этот вариант его, в принципе, также устраивал. Морозов ничего не ответил, сделал взмах рукой и в зал внесли цветы, чёрные как смоль розы. Север кивнул жене и оставшимся детям Ковалевского:

— Засушите гербарий и на могилку ему положите, как раз подойдут.

— Не ты ли меня туда загонишь, щенок?

— Руки марать об тебя не собираюсь, ты итак гниёшь заживо, сам сдохнешь в луже собственной мочи. — бросил ему Север. — Выпью пока за твоё здоровье, чтобы агония подольше длилась.

— Что за трусы меня окружают, а? — оскалился Кощей. — Никто достойно ответить не может, один самоубился, другой цветочки дарит. Ты ничего не забыл, Север? Своих жену и детей, например?

Ручка новой жены Севера, затянутая в длинную чёрную перчатку скользнула по плечу мужа и она прижалась к нему, насмешливо глядя на Кощея.

— Когда человек приписывает себе чужие заслуги это говорит о его ничтожности. — громко сказала она. — Вы что же это, Юрик, ничтожество или лгун? И то и другое?

— Север, захлопни пасть своей жене или это сделаю я!

Морозов только посмеялся, высвободился от объятий своей жены и отошёл в сторону. Кира поманила пальчиком Кощея.

— Ну, вперёд, я прямо здесь стою, дерзай!

— Охрана, вышвырните эту сучку отсюда! — прикрикнул Кощей, покрываясь красными пятнами на лице.

Ропот прошёлся по рядам гостей, что вертели во все стороны головами в ожидании скандальной развязки инцидента.

И ничего не произошло…

Никаких бритоголовых людей в чёрном…

Кощей повернулся к наследнику, который отвечал за безопасность торжества, но того не оказалось на месте.

— Юрик, я всё ещё жду! — тем временем совсем оборзела Морозова. — Что, нет на меня никакой управы? А сам что? Рук нет пасть женщине заткнуть?

— Север! — рявкнул на него Кощей.

Тот поднял ладони вверх, как бы намекая, что он их умывает.

— Мой папенька, который здесь, кстати, присутствует… — оскалилась Морозова, махая ручкой своему родителю.

 — … говорил, что когда Ковалевский достаёт член, чтобы поссать, Калдыр ему его придерживает, а потом стряхивает. Так это правда? Такие у вас были близкие отношения?

— Ты ничего не можешь без своего Калдыра и никогда не мог. — усмехнулся Север, холодным проницательным взглядом, окидывая Кощея. — Это он держал в страхе тех, у кого ты отнимал всё — деньги, бизнес, женщин. Он держал в кулаке людей, что делали за тебя грязную работу.