* * *Знаете, когда сознание поверхностно вернулось, я поняла одну вещь, что умирать — это не так уж и плохо. Мы, хоть люди, хоть вампиры, порой так часто сожалеем о прошлом, бестолково грезим о будущем, а ведь оно может не наступить, жизнь может оборваться в один миг. И тогда придёт осознание, что надо ведь было жить настоящим.

Никто уже не предъявит мне претензий, не сделает больно, потому что меня не будет. Но и ласки любимого мужчины тоже больше не будет. И это весьма печально.

Но всё рано или поздно заканчивается.

Правда, не ожидала я, что мой финал окажется вот таким… нелепым.

Я всем своим совершенным во всех смыслах телом ощущала, как жизнь покидает меня. Всё онемело, даже боль ушла. Осталось только печальное чувство, что я так много всего ещё не успела. Всласть не насладилась любовью и счастьем.

Что ж, быть может, в другой жизни мы с Рагнаром встретимся. А сейчас пусть мирозданье убаюкает меня в своей колыбели вечности… Только этот назойливый шёпот, непонятно откуда взявшийся, пусть прекратится.

Но слова, что кто-то шептал мне прямо в ухо, не прекращались. Я не улавливала смысла, даже не задумывалась, что мне тихо, но настойчиво говорят, но эти слова, этот шелестящий голос раздражали мой слух.

А после на мои сухие губы попала влага. Я почувствовала металлический вкус крови, сильно разбавленной водой. Кровь была совершенно невкусной: ослабленная, ненасыщенная. Одним словом, дерьмо, а не кровь.

Но моя вампирская сущность всё равно жадно проглотила даже эти крохи.

И неожиданно внутри меня начал рождаться какой-то просто дикий голод."

"Нет, не еды я хотела. И не воды. И даже не крови. Похоже, мои резервы антимагии абсолютно пусты, и мне срочно нужна «еда».

— Ну вот, другое дело, а то умирать она собралась, — услышала рядом чей-то незнакомый голос.

Так, кажется, смерть отменяется.

С невероятным усилием мне удалось открыть глаза. Мои вампирские глаза быстро перестроились на ночное зрение. Вокруг — кромешная тьма. И в этой тьме надо мной склонился вампир. Мужчина. Не знаю, кто такой. Впервые видела его.

Его длинные сальные волосы повисли вдоль исхудавшего, когда-то красивого лица отвратительными сосульками.

Одежда на нём не просто была порвана, от неё остались одни лишь лохмотья, будто мужчина облачился в плотную паутину. Похоже, он тут не один год сидит. А тут, это… Осмотрелась и поняла, что мы находимся в каком-то отвратительном каменном мешке. Когда вертела головой, ощутила скованность на шее.

Коснулась пальцами шеи и ахнула: на шее, как на запястьях и даже на щиколотках были надеты и застёгнуты мерзкие кандалы!

Нет, ну это вообще запредельная наглость. Вернусь — обязательно Монике зубы выбью.

Перевела взгляд на вампира и длинно выдохнула.

Мужчина не просто был исхудавшим.