Костин бросил быстрый взгляд внутрь и рассмеялся:
– Страшно рад встрече. А то грешным делом думал, что же это за майор такой Романова, которой нигде в штате нет и которая делом Катукова занимается. Рад знакомству, Евлампия Андреевна, а может, правильней Ефросинья? Пистолетик-то какой славный!
– Ловко стреляет, коли такую тушу свалил, – фыркнул Паша, возившийся возле Славы.
– Похоже, она ему прямо в открытый рот попала, – пояснила Катя, в которой проснулся профессионал. – Думается, там проникающее ранение нёба или горло задето, правда, дышит самостоятельно…
– Ловко, – повторил Паша и завопил в телефон: – Эй, Седьмой, гони сюда медицину, работенка нашлась!
– Лады, девоньки, – неожиданно ласково завел Костин, – вот и познакомились.
– Уж не знаю, как насчет сортира в казарме, – ощетинилась Катя, – я там никогда не бывала, но, думается, вы, милейший Владимир Иванович, тоже не источали бы нежный аромат после почти месяца сидения в подобном месте.
– Все, все, понял, – замахал руками Костин, – пошли вниз.
Мы спустились на снег. Недалеко от ворот стоял микроавтобус. Возле машины толклось штук шесть шкафоподобных парней. Тут же белел «рафик» с надписью «Скорая помощь».
– По коням, мальчики! – велел Костин.
– Нет! – закричала я.
– Это еще почему? – удивился подошедший Паша.
– Я не могу уехать без арфы.
– Без чего? – изумились милиционеры в один голос.
– Без арфы, струнный инструмент такой…
– Ничего, ничего, – забормотал Володя, пытаясь погладить меня по голове, – это пройдет.
– Вот сейчас сядем в хорошенький автобус, – забубнил Паша тем особенно проникновенно-отеческим голосом, которым психиатры разговаривают с внезапно впавшим в буйство больным, – и я куплю тебе арфу, честное слово, давай только до станции доедем. Там целый магазин, и кругом арфы, арфы, чистая красота.
Краем глаза я заметила, как он манит в нашу сторону доктора. От негодования у меня даже слезы брызнули из глаз.
– Нечего меня за сумасшедшую принимать. На чердаке в футляре стоит арфа, снесите ее вниз и поставьте в автобус.
– Коля, – велел Паша, – проверь!
Один из парней исчез в сторожке. Через пару минут он заорал в форточку:
– Такая здоровая дура в кожаном футляре, когда трясу, тренькает, она?!
– Она, – радостно закричала я, – она!
– Одному не стащить, – надрывался Коля, – боюсь, поломаю!
– Ой! – испугалась я.
– Леня, иди помоги, – велел Володя.
