— Прости, дорогой, — виновато прошептала я Авдею, подсовывая вантуз ему под бок. — Помело мне самой нужно. Спи крепко, и пусть тебе снится, что я рядом.

Муж засопел и с сонной улыбкой на лице обнял ценный сантехнический инструмент.

Так-так. Потеря адекватного восприятия действительности налицо.

Что его так разрушает? Голод? Или… неведомый враг?

Я глянула вниз. Под подолом моей развевающейся ночной сорочки белесым размытым пятном промелькнул Измайловский парк. Далеко же нас занесло…

Вампир вдруг как-то неуловимо шевельнул крыльями и понесся вниз — к черному, матово блестевшему прямоугольнику крыши какого-то административного здания. Я, естественно, последовала за ним, ругая себя за то, что ввязалась в эту авантюру и практически разучилась закладывать на своем помеле крутое пике.

Мы опустились на крышу.

— Что это за здание?

Лучше об этом не думать…

Вампир нашел крышку люка аварийного выхода и с видимым усилием пытался ее открыть.

— Дай помогу. — Я вытянула руки ладонями вперед и изрекла Отверзающее заклинание. По крышке заструился голубоватый свет, запахло нагретым железом… Люк не открылся. Крышка просто распалась на молекулы.

— Извини, я переборщила, — смутилась я, но Кадушкин даже не обратил внимания на мою оплошность. Он молча принялся спускаться вниз. Я двинулась следом, стараясь не наступать на безвольно волочащиеся по узким ступеням металлической лестницы крылья.

Комната, в которой мы оказалась, была явно служебным помещением — ведра, полотеры, пылесосы занимали все полезное пространство.

— Знаешь, здесь чересчур темно. Света нельзя зажигать?

Понятно. Значит, придется пользоваться ресурсами собственного истинного зрения.

— Не нужно. Я найду дорогу.

Но ковер и стены — не главное. Уже в коридоре я почувствовала нечто…

Так, наверное, настоящие саперы чувствуют, где поджидает их мина.

И мне, как и саперу, ошибка может очень дорого стоить.

Вампир, шедший впереди, покачнулся, словно хотел упасть в обморок. Не упал, конечно. Обмороки и вампиры — понятия несовместимые. Но, обернувшись, он посмотрел на меня, и в его стеклянномерцающих глазах я увидела какой-то всепоглощающий страх.

Он молчал, только теперь шел, опираясь рукой о стену, медленно и неуверенно.

— Хочешь, я пойду впереди? Ты слишком плох. Укажи мне направление.

Он слабо кивнул. В сознании у меня словно раздался щелчок, и я теперь видела весь офис глазами Романа Кадушкина. И знала, куда идти.

Коридор закончился высокими белыми дверями с позолоченной резьбой и бронзовыми ручками в виде обнаженных девушек. Игривый у вампиров вкус, нечего сказать… Я распахнула двери и…

Игривые мысли мигом вымело у меня из головы!

Видимо, это когда-то было демонстрационным залом.