— Леонард Леонидович просил разобраться...

— С ним уже разбираются. Успокойся. Расслабься. Вот так... Глубокий вдох, глубже, еще глубже... А теперь выдох, до конца, до дна... Молодец. Умница. Тебя как зовут?

— Неужели?! — восхитился Пафнутьев. — Ну повезло мне, ну повезло! Представляешь, я тоже Павел. Тезки мы с тобой... Теперь, Паша, слушай внимательно и отвечай, не задумываясь... Готов? Поехали... Ты сегодня обслуживал тот столик, за которым произошло смертоубийство... Правильно?

— Только не заикайся. Сколько их было?

— А обычно заказывают водку?

— Нет, только коньяк, — сказал официант и тут же замолчал, испуганно замигав светлыми ресницами.

 — Вообще-то я не знаю, что они заказывают обычно... Дело в том...

— Паша! — укоризненно протянул Пафнутьев. — Успокойся. Ну, проболтался, выскочило словечко, с кем не бывает... А ну-ка давай сюда копию их заказа, — Пафнутьев протянул руку, и официанту ничего не оставалось, как вынуть из нагрудного кармана свой блокнот.

— Видишь, они даже расплатиться не успели... И счет здесь, и копирка, и копия... Ты даже успел подсчитать общую сумму... Хорош завтрак на полмиллиона, а? На четверых.

.. Без водки и пива, а?

— Бывает и покруче...

— А ужин у них на сколько тянет?

— В несколько раз больше? Можно так сказать?

— Крутые, значит, ребята?

— Ты в прокуратуре работал? — неожиданно спросил Пафнутьев.

— Нет! — отшатнулся официант. — А с чего вы решили?

— Отвечаешь так, будто лет двадцать прокурором оттрубил. Увиливаешь, Паша. Увиливаешь. Не надо. Что ты темнишь. Они же в кабинете у твоего шефа разделись... Там опергруппа по их карманам шастает... Знаешь, какие там находки? Ужас! Просто кошмар какой-то! А ты пытаешься припудрить мне мозги.

.. Чаевые хоть хорошие давали?

— Счета не проверяли.

— Слушай меня внимательно... Я отойду в сторону, а то на нас уже оглядываются... А ты останешься здесь, за этим столиком. И не торопясь, но и не медля, опишешь все, что произошло сегодня утром. С указанием имен и фамилий твоих клиентов. Или кличек, если ты их знал по кличкам.

— Я не знаю... Я не могу...

— Помолчи. Мы с тобой вдвоем. Нас никто не слышит. Дело закрутилось серьезное, Паша...

Очень. Ты работаешь на них? Не перебивай... На Леонарда? Хорошо. Работай на Леонарда, на Леопольда, на кого угодно.

Но попомни мое слово... Однажды настанет день, когда ты с величайшей радостью вспомнишь, что у тебя есть надежный друг в прокуратуре, что у тебя в кармане начальник следственного отдела. Ты ничего не будешь подписывать, и я от тебя ничего не потребую. У нас с тобой только устная договоренность. Два мужика сговорились. И все. Тебе понадобится помощь, а она тебе понадобится, — Пафнутьев показал рукой на выбитые окна, — у тебя есть к кому обратиться. Мне понадобится — я на поклон приду.