И что бы ни случилось, помни — у тебя в тылу начальник следственного отдела прокуратуры. Это не так уж плохо...

— Еще бы, — хмыкнул официант, и Пафнутьев понял — парень соглашается.

— Значит, договорились, — Пафнутьев вырвал из блокнота официанта чистую страничку и написал несколько цифр, — Вот мой телефон. Запомни. А когда запомнишь — бумажку выброси. Уничтожь. Чтоб вообще никаких следов, доказательств и прочее... Понял?

— Дурак. Мы с тобой заключаем соглашение. О дружбе и взаимопомощи. Государства от таких договоров не отказываются... Люди слабее. Счета, которые ты выписал, я изымаю.

Могут пригодиться. А ты здесь напиши в своем блокнотике...

— Тогда и я не буду, — Пафнутьев был снисходителен и доброжелателен. — Слушаю.

— Был Вовчик Неклясов со своими ребятами. Они все из фирмы «Глобус», — официант вынул платок и вытер взмокший лоб. Видно, нелегко дались ему эти несколько слов.

— Которая на окраине города?

— Нет, они в центре... Угол Чернышевского и Фурманова.

— А, эти, — беззаботно сказал Пафнутьев, хотя ни адреса, ни самой фирмы не знал. — Посредники.

— Поставки, — обронил официант.

— Тогда другое дело, — Пафнутьев освобождение вздохнул, откинулся на спинку стула.

 — Что я могу сказать... Чашку кофе и пятьдесят граммов коньяка... За счет директора.

— С удовольствием! — искренне произнес официант и уже хотел было подняться, но Пафнутьев его остановил. — Да, чуть не забыл, — он придвинул к официанту его блокнот. — Черкни свой телефон, вдруг позвонить придется.

Взяв ручку, официант быстро написал несколько цифр.

— И домашний тоже, — напомнил Пафнутьев. — Только напиши, где домашний, а где служебный. И адрес...

Парень, не задумываясь, выполнил просьбу и тут же пошел за кофе.

Пафнутьев проводил взглядом его удаляющуюся фигуру с тяжеловатым задом и литым затылком. Вряд ли он будет хоть в малой степени заменой Ковеленову, но свой человек в ресторане никогда не помешает. Свой человек в ресторане, — повторил про себя Пафнутьев и только сейчас сообразил, что его разговор с парнем наверняка видел Анцыферов в кабинете. Пафнутьев чертыхнулся, но тут же успокоился, решив, что сам покажет Анцыферову изъятые из блокнота счета сегодняшнего утра. Это его утешит и снимет подозрения с парня.

— Вот за это, старик, спасибо! — искренне воскликнул Пафнутьев, увидев перед собой белую чашечку с кофе и хрустальную рюмку, в которой наверняка было больше ста граммов. Но этот подлог нисколько не огорчил Пафнутьева. Он взглянул на официанта и встретился с глазами заговорщика. — Спасибо, старик.

Заведующий травматологическим отделением Овсов был хмур, неразговорчив, сидел за своим столом, и его тяжелое лицо, освещенное белесым светом дня, казалось массивным, морщины выглядели глубокими и резкими.