— безапелляционно констатирует отец. — Мамаша твоя, когда тебя носила, тоже вечно зеленой была. Я с ней тогда в сосновом бору прописался на девять месяцев. Шишки год потом снились.

Гас заботливо накидывает мне на плечи полушубок, а отец забирает из рук мою сумку, и они заботливым конвоем сопровождают меня на улицу. В молчании доводят до отцовского джипа, и когда отец с несвойственным ему тактом предлагает довезти нас до Шератона, Гас согласно кивает.

Хммм. Первая проба капризов беременной прошла «на ура». Если я карты правильно разыграю, глядишь, Малфой с демоном Игорем вместе карасей в Химкинском водохранилище по выходным ловить начнут и в бане парится.

— Пап. — окликаю отца, когда он садится за руль. — Ты Анжеле пока не говори ничего. Не хочу, чтобы они с мамой мою беременность обсуждали. Знаю, что она твоя невеста, но…

— А при чем здесь Анжела? — заломив брови к переносице, отец смотрит на меня в зеркало заднего вида.

— Как раз собиралась тебе рассказать, но желудок меня подвел. Мне достоверно известно, что твои будущая и бывшая жены спелись на почве бредовой идеи скрестить меня с Рафинадом. Последний в связи с этим такую грязную предвыборную компанию вел, что если бы Гас ему челюсть сломал, я бы его сама с сахарный песок стерла. Он неоднократно врал мне в лицо и шарился в моей сумке, где лежали анализы. — перевожу дух и говорю же более спокойно: — Я не призываю тебя не иметь с ним дел, но на твоем месте, я бы задумалась.

Даже сидя на заднем сидении, я отчетливо слышу, как скрипят зубы на водительском.

— В воскресенье жду вас с твоим янки на ужин. — цедит демон Игорь после короткой паузы. — И мамашу свою с ее очередным хахалем прихвати. Потолкуем по-семейному.

Оууу. Вся семья в сборе. Чувствую, это будет ле-ген-дар-но.

Едва отцовский Кайен останавливается около входа в Шератон, Гас стремительно вылетает из машины и открывает передо мной дверь. Мой замшевый сапог даже не успевает высунуться наружу, как он подхватывает меня подмышки и осторожно опускает на землю.

— Скользко, матрешка. — поясняет на мой вопросительный взгляд. — Ты могла упасть.

Обхватываю его теплую руку и подначиваю:

— Сдается мне, раньше ты не дорабатывал, Малфой.

— Моя ошибка, матрешка. — Гас поднимает наши переплетенные кисти и прикладывается губами к моей. — Обещаю исправиться.

В этот момент у него такое серьезное выражение лица, что я считаю своим долгом его расслабить:

— Я пошутила, Гас. Не нужно носится со мной как с вазой династии Мин.

Гас притягивает меня к себе и зарывается лицом мне в волосы:

— У нас будет ребенок, матрешка. — шепчет мне в висок. — Ты только представь.

Каждая клеточка тела раздувается от чувства необъятной теплоты и счастья.