Я знаю, что вас с ним объединяют, – допускаю паузу намеренно, пытаясь подобрать подходящее определение, – некоторые дела.
Араб вдруг дико улыбается и громко смеётся.
– Серьёзно?! – произносит весело. С издевкой. – И что же именно?
Вот какой он. Король жизни. Неуправляемый. Опасный. Своевольный. И не мне с ним играть…
– Я знаю, что довольно давно у вас зависла большая партия товара. И вы не можете сдвинуться с места, – лицо Мариба вытягивается от удивления, глаза заинтересованно блестят, а дальше мужчина слушает уже очень внимательно. – Проблемы сыпятся отовсюду, но папа только недавно разобрался с этими затруднениями.
На самом деле это только часть правды. Потому что проблемы не решены. А товар даже с места не сдвинулся. И мне очень хорошо об этом известно.
Араб складывает руки на груди, а потом поднимает правое запястье вверх, потирая пальцами чёрную бороду. Взгляд его – пристальный, оценивающий, недоверчивый – продолжает незримо меня препарировать.
– Даже я заинтригован. Это как же он разобрался? – звучит запоздалый вопрос, потому что я замолчала, на мгновение утонув в ярко-голубом омуте.
Тянусь к сумочке и достаю мобильный.
Нахожу нужное фото и экраном вперёд протягиваю телефон мужчине.
Араб принимает его в свои руки, увеличивая изображение. Внимательно вглядывается и ошарашенно смотрит на меня.
Ни одного вопроса. Он в принципе не подаёт вида, что вообще в курсе, о чем я говорю.
Поэтому я продолжаю налегать:
– Сюда оригиналы я нести побоялась. Это документы на груз. Одна из подписей поддельная. Та самая, которой не хватает.
– Мариб! – в отчаянии делаю шаг вперёд, потому что в глазах мужчины осталась только скука и абсолютное равнодушие. – Отец пропал две недели назад. Он занимался этими документами. Ну мне больше не к кому обратиться! Он говорил, что вы друзья… Пожалуйста! Помогите!
В порыве безысходности дотрагиваюсь пальцами до крепкого предплечья, а Араб недовольно опускает взгляд на мою руку.
Прихожу в себя, в то же мгновение отдергивая ладонь, и отхожу на пару шагов назад, разрываю контакт.
– Если не хочешь, чтобы мужчина до тебя дотронулся, никогда не касайся первой.
Тяжело сглатываю, не в состоянии отвернуться. Его взор прожигает. И затягивает в свою порочную глубину.
У Стального необычная внешность. Сказать, что он привлекателен – не сказать ничего. Настоящий красавец. Смуглый. Темноволосый. Мариб небритый, а когда говорит, на фоне черной бороды ярким контрастом выделяются белоснежные зубы. Восточная внешность придает ему яркость и харизму. Но самое поразительное – это его глаза. Неуправляемая бездна, которая молчаливо поглощает без остатка. И мне вдруг становится страшно захлебнуться неуправляемой холодной стихией.
