— Или сильно?!
— Сильно, Марьям Радомировна. Он порвал себе губу. Его повезли в больницу, зашивать. И…
— В какую?! Я сейчас же приеду!
С трудом выслушиваю объяснения. Дрожащими пальцами стараюсь вызвать себе такси, в голове шумит.
Боже. Мой малыш. Ему наверное так больно. И страшно! Он в больнице, а меня рядом нет.
На глаза наворачиваются слёзы от беспомощности. Я ничего не могу сделать. Ни залечить раны, ни успокоить. Ни предотвратить это падение.
— Я уезжаю, — бросаю Дубинину, подхватывая свою сумку и пальто. — Потом поговорим.
— Мы не закончили, — припечатывает мужчина, поднимаясь. — Раз уж взялась за эту работу, то будь добра. Выполняй качественно. Сядь.
— Нет. У меня семейные обстоятельства. И я…
— Мне плевать."
"— Мой сын в больнице, Дубинин. И вот мне откровенно похрен. Плевать тебе или нет. Можешь хоть увольнять меня, хоть волчий билет организовывать. Похрен!
Выплёвываю ему в лицо, бросаю взгляд на телефон. Такси ждать ещё десять минут. И это ожидание убивает.
Краем глаза замечаю, как меняется выражение лица Саввы. Из раздражённого, даже злого, превращается в растерянное. И сочувствующее?
— Конечно, — тут же соглашается мужчина. Может, нужно было сразу озвучить суть проблемы? — Я тебя отвезу.
— Нет, я…
— Такси будет нескоро, — кивает на мой телефон. — Я за это время тебя уже доставлю в нужное место. Поехали, Мара.
Глава 9
— Ты мой герой.
Я вытираю слёзки сыну, утешаю его, как могу. Кирюша доверчиво жмётся ко мне, находя спасение в моих руках.
Не прекращает плакать, весь красный. Из распоротой губы сочится кровь, но малыш не позволяет никому прикоснуться к себе.
Устроил тут настоящее представление, пока я не приехала.
Самые долгие минуты в моей жизни!
Теперь же я сижу на кушетке с моим солнышком. Сын на моих коленях устроился. Цепляется крошечными пальчиками за платье.
— Солнышко, так надо, — пытаюсь его уговорить. — Врач сделает всё быстро.
— Бо, — хнычет только сильнее.
— Больно, я верю. Очень больно. А если дашь врачу помочь, то он сделает так, что боль сразу пройдёт.
— Пуф?
— Да. Пуф и всё быстро исчезнет. Как по волшебству.
— Он волшебник?
Сын немного успокаивается, с интересом поглядывая на молодого врача. Тот терпеливо ждёт, улыбается малышку.
Это заставляет Кирюшу испугаться и спрятать лицо на моей груди.
Долгими уговорами у нас получается уговорить сына. Сердце разрывается. Ему ведь больно. Губа опухла, пульсирует.
А я слишком долго подбираю нужные слова, не могу сразу договориться. И всё это время — моему сыну больно!
— А это совсем не страшно!
Сын довольно выпрыгивает из комнаты, заставляя нас с врачом переглянуться. У меня седые волосы от рёва появились!
Но когда всё закончено, то, конечно, не страшно уже.
— Вот рекомендации, — врач протягивает мне листок.
