— Если бы тебе здесь нужно было спрятать, ну, что-то маленькое… куда бы ты это положила?
Она умолкает на полуслове и обеспокоенно смотрит.
— Что спрятать?
— Неважно. Просто скажи!
Она всматривается в моё лицо, затем медленно обводит взглядом повозку.
— Не знаю… В щель какую-нибудь…
— А если не в стены и не под сидения? — Мой голос дрожит несмотря на попытки говорить спокойно.
Элис запрокидывает голову, встревоженно рассматривая потолок.
— Тогда… — Её палец медленно тянется вверх. — Там.
«Как я могла так сглупить? — ругаю себя. — Даже не подумала!»
Потолок кареты затянут тканевыми панелями грязно-коричневого цвета, натянутыми на тонкие, но прочные рамы. Когда-то сложная вышивка, изображающая переплетающиеся стебли фантастических растений с бутонами из серебристых нитей и жемчужин, выглядела роскошно, но сейчас потускнела и истёрлась. В некоторых местах виднеются дырки, достаточно большие, чтобы что-то спрятать.
Я тут же вскакиваю и начинаю ощупывать потолок, проверяя каждую неровность, каждую складку потёртой ткани.
Наконец-то! Пальцы нащупывают что-то твёрдое — тонкая половинка ракушки, притаившаяся в прорехе панели. Вытягиваю находку — заднюю сторону испещряют мерцающие полоски.
Сердце подпрыгивает к горлу. Часть кулона Кэтрин! Я кручу находку в руках, пытаясь разглядеть блестящие линии.
— Это амулет следования, — шепчет Элис. Её голос дрожит. — У меня… был такой же. Когда-то давно. Эти полоски… они светятся при активации.
— Кто… — начинаю я, но слова тонут в оглушительном грохоте. Мир взрывается болью, в ушах звенит, красные вспышки ослепляют.
Меня швыряет в сторону Элис, словно тряпичную куклу.
Едкая пыль забивается в нос и горло, вырывается из груди отчаянным кашлем.
Снаружи раздаётся треск ломающегося дерева и сминаемого металла. Карета резко останавливается, с хрустом кренится набок и замирает.
21. Крепость у Драконьих гор
— Проклятье! Колёса! — грохочет где-то впереди хриплый голос дозорного.
Пыль стоит столбом, забивает горло, мешая дышать и что-либо разобрать.
Бой? Кулон обжигает ледяным прикосновением и выпадает из моих ослабевших пальцев.
Рядом закашливается Элис.
Затем наступает пугающая тишина.
Дверь повозки распахивается с пронзительным скрипом, и сквозь пелену пыли проступает фигура долговязого мужчины.
Он впрыгивает внутрь, окидывает нас с Элис цепким взглядом.
— Ну, и кто из вас Ирис Мелани? — рычит он.
Я не успеваю и рта раскрыть. Элис вцепляется в мою руку. Её голос звучит резко, почти на грани истерики:
— Я! Ирис Мелани — это я!"
"— Дубина ты, Алэт, — говорит второй мародёр, появляясь из-за спины первого. На его лице красуются уродливые шрамы. — Чего спрашиваешь? И так ясно. — Он тычет в меня пальцем. — Вишь, эта бескрылая. Служанка.
