Как я мог довести ситуацию до того, что собственный сын был вынужден искать способ защитить свою мать от меня?
— Ты все сделал правильно, — в конце концов поворачиваюсь к нему.
Впервые за долгое время сын мне улыбается. Не как обычно, а по-настоящему, искренне.
— Я рад, что ты это понял.
Понять-то понял. Только слишком поздно.
Глава 56. Мне нужна твоя любовь
Ева
Мы со Львом поднимаемся по широким мраморным ступеням особняка Максимова. Музыка и голоса гостей доносятся даже сюда, на улицу.
Я чувствую, как Лев легонько сжимает мою руку. Он знает, как я волновалась перед этим вечером, потому что он хочет познакомить меня со своими влиятельными друзьями.
— Ева? — слышу позади знакомый голос.
Я замираю и медленно поворачиваюсь.
Артур стоит в нескольких шагах от нас. В безупречном костюме, как всегда элегантный, но что-то изменилось в его лице. Появилась какая-то несвойственная ему нерешительность.
— Можно с тобой поговорить? — Он старательно избегает смотреть на Льва, его взгляд прикован ко мне.
Чувствую, как Лев притягивает меня ближе к себе. Его рука на моей талии — теплая, надежная. Защищающая. Понимаю, как ему неприятна эта ситуация.
— Сейчас? — Мой голос звучит удивленно. Вечер только начинается, гости собираются...
— Сейчас, — Артур кивает. — Это важно.
Лев наклоняется ко мне, его дыхание щекочет ухо:
— Ева, если ты не хочешь...
Я качаю головой. Мой сильный, заботливый Лев. Всегда готов встать между мной и тем, что может причинить боль.
— Все в порядке, — шепчу в ответ. — Иди, я скоро тебя догоню.
Вокруг полно людей, музыка, свет из окон особняка заливает территорию. Что он может сделать? Да и что вообще осталось сказать после всего, что было?
Я спускаюсь по ступенькам, и каблуки глухо стучат по мрамору.
Артур идет чуть впереди, ведет меня к беседке справа от дома. Здесь тише, музыка доносится приглушенно, а свет от фонарей создает причудливые тени.
Он останавливается и поворачивается ко мне. Его взгляд скользит по моему лицу, фигуре в темно-синем платье.
Я знаю этот взгляд — когда-то от него у меня подкашивались колени. Сейчас же я просто стою прямо, расправив плечи.
— Ты хорошо выглядишь, — говорит он хрипло.
— Спасибо, — отвечаю спокойно.
В его глазах мелькает что-то похожее на сожаление.
— Ева, прости меня. Прости, пожалуйста... — Его голос дрожит, и это так непривычно для всегда уверенного в себе Артура Орлова. — Я был последним идиотом. Эгоистом. Я не ценил то, что имел... тебя не ценил.
Я молчу, разглядывая его лицо. Постарел. Осунулся. В глазах… боль?
Было время, когда я бы бросилась к нему, простила бы все на свете. Но сейчас...
— Знаешь, — тихо произношу я, — я так долго ждала этих слов.
